Несовершенные

Эта женщина даже не помнит имени ее дочери, а позволяет себе так ее целовать! Анна направилась было к входу в здание, но тут увидела, что Мария Соле плачет. Только что смеялась, а теперь сидит на корточках и глядит на Наталию полными слез глазами, а та растерянно смотрит на нее. Дочь на автомате тоже заревела. Мария Соле, сделав над собой усилие, вытерла глаза:

– Нет-нет, милая, не плачь!

Затем попыталась улыбнуться, и Наталия вслед за ней. Выражения лиц, почти касавшихся друг друга, менялись одновременно: боль рассеялась, испарилась с их поверхности.

Мария Соле подняла девочку, усадила себе на бедро, придерживая одной рукой. Точно это ее дочь.

– Плохие слезы, кыш отсюда! – сказала она и пошла к Габриеле, который слонялся около скамейки, пиная камешки. – Ну что, пойдем? – спросила она, наклоняясь к нему.

Мальчик не отреагировал, даже головы не повернул.

– Эй, я с тобой разговариваю! – бросила она. Ее рука повисла в воздухе.

– Мария Соле, вас доктор зовет! – крикнула Лилиана, пожилая женщина-администратор, появившаяся на пороге.

– Сейчас иду! – обернулась Мария Соле.

Малышка, играя с ниткой жемчуга на ее шее, расстегнула замочек, и ожерелье упало на землю.

– Бум! – воскликнула Мария Соле.

Наталия застыла, вглядываясь в ее лицо и не понимая, сердятся на нее или шутят. Та улыбнулась, и малышка тоже:

– Бум!

– Соле, где ты там? – донесся из глубины клиники голос Гвидо.

Мария Соле поспешно опустила девочку на землю, подобрала ожерелье, одним ловким движением закрутила волосы, кончиками пальцев пригладила брови.

– Поживее, пожалуйста! – рявкнул Гвидо.

Лилиана снова выглянула из дверей:

– Пойдемте, дети, время полдника!

Она с улыбкой ждала на пороге. Габриеле как будто расслабился. Мария Соле пошла вперед, покачивая бедрами и четко печатая шаг на своих шпильках. Глядя на нее сзади, Анна окончательно уверилась, что видела ее тогда в парке.

Минуту спустя она вошла в холл, стягивая шерстяную шапочку. Голову обдало прохладой.

– Добрый день, синьора Бернабеи! – приветствовала ее та.

– Здравствуйте, Патриция, как ваши дела?

– Все хорошо, спасибо.

– Вы моего мужа не видели?

– Нет, к сожалению.

– А детей?

– Тоже нет.

Она пошла дальше, к кабинету Гвидо. Полы сияли, отражая льющийся в окна солнечный свет.