Несовершенные

 – Гали! – Девочка бежала по тропе, раскинув руки и посматривая себе под ноги, чтобы видеть дощечки. – Гали! – снова крикнул он, на этот раз построже, потом вдруг пронзительно свистнул сквозь зубы, так что, наверное, весь город услышал.

Никакой реакции. Хавьер прошел разделявшие их четыре метра, взял дочь за руку, подвел к скамейке. Протянул ей сэндвич, и она откусила кусочек. Габриеле автоматически откусил свой; он все пялился на Хавьера, словно тот был инопланетянином. Анна даже на секунду испугалась последствий.

– И давно ты перестал играть?

– Hace dos a?os[12 - Два года назад (исп.).]. – Хавьер проглотил очередной кусок и рассмеялся.

Иногда он смеялся после оргазма, чем ставил ее в тупик. У нее оргазм связывался больше с печалью, нежели с радостью; с высвобождением какой-то боли. А у Хавьера, похоже, все было наоборот. Но сейчас он смеялся по-другому. Анна, смутившись, подалась к нему и спросила:

– Что смешного? Ты думаешь, я на самом деле знаю, кто ты? Но я совсем футболом не интересуюсь, я не знаю про тебя, честное слово.

– Да нет, не важно.

– Кто ты? – спросила она слегка кокетливо, потупив глаза. Вот тут уже можно было начинать пугаться последствий.

– Папа! – крикнула Гали.

– Да, я знаю, что это твой папа.

– Папа…

– S?, mi amor[13 - Да, милая (исп.).].

– Quiero irme a casa[14 - Я хочу домой (исп.).].

– S?.

– Ты был известным футболистом? – Анна вслед за Хавьером тоже проигнорировала девочку.

Тот в ответ поднес к лицу сложенные щепоткой пальцы: чуть-чуть.

– О боже, очень известным! – воскликнула она, и они расхохотались уже вместе, в каком-то восторженном упоении, – вероятно, оттого, что были не в квартире и все вокруг было непривычным – освещение, воздух, скамейка, одежда, дети.

– Скажи, как твоя фамилия?

– Папа! – вмешалась Гали.

– S?, amor, dime[15 - Да, милая, что? (исп.)].

– Vamos a casa![16 - Пошли домой! (исп.

– Ну скажи, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – не отставала Анна.

– ?Y quе me das?[17 - А что мне за это будет? (исп.)]

Она шепнула ему на ухо ответ. Габриеле таращился на нее во все глаза. Все они были так близки сейчас, что никто из них не чувствовал тесноты в пределах одного квадратного метра.

– No, quiero mas[18 - Нет, я хочу больше (исп.).].

– ?Mas? – Она расхохоталась до икоты.

– Папа!

– Ох, Гали! ?Quе pasa?[19 - Ну что еще? (исп.