Лютый Зверь. Игра. Джон – Ячменное Зерно

А настоящее выступление – нет, не выйдет! Но Стюбнер твердо решил, что Пат-младший будет дебютировать только в настоящем состязании; и, в конце концов благодаря своему имени Сэм этого добился. Очень неохотно Воскресный клуб согласился дать Пату Глендону матч на пятнадцать раундов с Келли-Буяном и сто долларов победителю. Молодые боксеры часто принимали имена ветеранов ринга, поэтому никто не подозревал, что Пат был сыном великого Пата Глендона. Стюбнер до поры до времени молчал. Эту сенсацию эффектней будет пустить для рекламы позже.

Наконец после месяца ожиданий наступил вечер матча. Стюбнер волновался не на шутку. Вся его профессиональная репутация зависела от того, как покажет себя Пат. И он был поражен, когда увидел, что Пат, просидев пять минут в своем углу на ринге, вдруг из свежего и румяного стал совсем бледным до какой-то болезненной желтизны.

– Смелей, братец! – Стюбнер хлопнул его по плечу. – В первый раз на ринге всегда страшно, а Келли нарочно заставляет противника ждать, – авось, его возьмет страх перед публикой.

– Нет, – сказал Пат, – тут накурено. Я не привык, меня мутит от табака.

У Сэма словно гора спала с плеч. Если человеку становится плохо от неуверенности, от нервов, то, будь он хоть Самсоном, ему никогда не видать славы на ринге. А к табачному дыму малый должен будет привыкнуть – вот и все.

Появление Пата на ринге было встречено молчанием, но, когда под канат пролез Келли-Буян, раздался рев приветствий. Видно, Буяна не зря прозвали так. Свирепый, весь обросший черными волосами, с громадной узловатой мускулатурой, он весил, наверно, не меньше двухсот фунтов.

Пат с любопытством посмотрел на него, и тот в ответ злобно нахмурился. Их представили публике, они пожали друг другу руки. И когда их перчатки встретились, Келли злобно скрипнул зубами, лицо его исказилось, и он проворчал:

– Хватает же у тебя нахальства! – Он грубо отбросил руку Пата. – Я тебя съем, щенок!

Зрители захохотали, увидев этот жест; посыпались веселые выкрики – каждый старался угадать, что сказал Келли.

Сидя в углу в ожидании гонга, Пат спросил Стюбнера:

– За что он на меня злится?

– Да он не злится, – ответил тот, – это у него такой прием, пробует запугать. Всегда так болтают.

– Какой же это бокс! – бросил Пат; и Стюбнер, взглянув на него, заметил, что глаза у мальчика невозмутимо синие, как всегда.

– Осторожней! – предупредил Сэм, когда прозвучал гонг к первому раунду и Пат вскочил на ноги. – Он может наброситься, как людоед.