Лютый Зверь. Игра. Джон – Ячменное Зерно

Сам бывший боксер, к тому же тяжеловес, он был отличным знатоком боксеров, но никогда еще он не видел такого великолепного тела, как у Пата-младшего.

– Ты погляди, какая в нем упругость, – Пат-старший разливался соловьем, – все настоящее, то, что нужно. А какой разворот плеча, а легкие какие! Весь насквозь чистый, как стеклышко. Вот перед тобой человек, Сэм, каких и в природе не бывало! Все мускулы высвобождены. Это тебе не борец из цирка или гимнаст какой-нибудь! Смотри, какие у него мышцы круглые, – ну чем, не змеи, так и переливаются, так и сворачиваются клубком.

Вот погоди, увидишь, как они развернутся для удара, – что твоя гремучая змея! Он хоть сейчас выдержит сорок раундов, а то и все сто! Ну-ка, начинай! Засекаю время!

Они начали. Несколько трехминутных раундов с минутными перерывами – и все опасения Стюбнера как рукой сняло. Ни следа лени, никакой апатии, просто добродушная, неторопливая игра перчатками, увертки – и вдруг – ловкий, точный удар, сильная, острая защита при столкновениях – так дерутся только отлично тренированные, прирожденные боксеры.

– Потише, сынок, потише! – предостерег старик. – Сэм уже не тот, что был…

Сэм был явно задет, а Пат-старший только этого и добивался, – и в ход был пущен самый знаменитый прием Стюбнера, самый любимый его удар: ложный клинч и внезапный выпад прямо в живот. Но, несмотря на молниеносную быстроту, Пат-младший сразу понял и успел отскочить, ослабив силу удара. В следующий раз он уже не стал увертываться, двинулся прямо под удар и подставил левое бедро.

Всего каких-нибудь несколько дюймов, но удар был парирован. С этой минуты Сэму не помогали никакие ухищрения: каждый раз его перчатка натыкалась на бедро Пата.

Стюбнеру не раз приходилось меряться силами с крупными боксерами, и на пробных матчах он всегда умел постоять за себя. Но тут и речи об этом не могло быть. Пат-младший просто играл с ним, и в клинче Сэм чувствовал себя беспомощным младенцем, – тот делал с ним, что хотел: мастерски брал его в обхват, точным и ловким маневром загонял в угол и при этом как будто даже не замечал его существования.

Казалось, что Пат-младший вообще смотрит по сторонам и мечтательно любуется природой. И тут Стюбнер сделал еще одну ошибку. Он решил, что это прием, которому Пат-старший научил сына, и попытался незаметно дать короткий удар с близкой дистанции, но тут же его руку молниеносно зажали и за все старания еще ударили по уху.

– Чутье на удар! – рассмеялся старик.