Дела человеческие

Адам Визман родился и вырос в 20-м округе Парижа, в одной из тех любящих и заботливых еврейских семей, где родители считали, что главный смысл их существования – дать своим отпрыскам образование и воспитать их, как говорили они с гордостью, сообразно с «еврейскими ценностями». Родители Адама, уроженцы Северной Африки, приехали во Францию в начале шестидесятых, мечтая, что их дети добьются успеха, на который они сами, вынужденные переселенцы, рассчитывать не могли: отец-бухгалтер и мать – сотрудница детской социальной службы, приверженцы традиций иудаизма, дома соблюдали религиозные обычаи, а за его стенами придерживались светских правил.

После магистратуры по современной словесности в Сорбонне Адам получил преподавательскую должность в Тулузе и встретил там девушку, спустя полгода ставшую его женой, – Валери Берда, зубного техника-протезиста. Маленькая брюнетка в очках, с зеленовато-карими глазами и белой кожей, крепенькая, улыбчивая, она стала идеальной партнершей – жизнерадостной, любящей, понимающей. У них родились две дочери, и по настоянию Валери они отдали их в еврейскую школу – ту самую, что спустя несколько лет, 19 марта 2012 года, подверглась нападению радикальных исламистов, когда от рук террористов погибли трое детей и отец одного из учеников. Франция, 2012 год, мужчина запросто заходит в школу, убивает детей только за то, что они евреи, и снимает расправу на экшн-камеру GoPro, закрепленную на груди. Окаменевшая от ужаса Франция наблюдала, как под новой личиной возрождается древнее варварство, которое она считала давно изжитым, и безуспешно пыталась разобраться в том, что за жуткий механизм породил этот сдвиг. Адам с женой с того дня перестали пускать девочек в школу, а вскоре, как и многие их соплеменники, потрясенные трагедией, решились на отъезд из Франции. Все их тогдашние разговоры сводились к одному мрачному выводу: отныне евреи в Европе не могут больше закрывать глаза на антисемитизм, ставший смертельно опасным. Они могли бы остаться еще на несколько лет, потянуть время, соблюдая осторожность и делая вид, будто ничего не случилось, но рано или поздно они сами или их дети, устав терпеть эту неприемлемую ситуацию во имя общественного спокойствия, были бы вынуждены уехать, чтобы уберечься от опасности и, по логике вещей, из страха перед постепенным исчезновением. «Исчезание» Жоржа Перека было настольной книгой Адама. Он рассказывал Клер, что согласно иудейским представлениям мир был сотворен с помощью букв.