Наблюдающее Я

Если такого дара не существует, если чувства и обычный интеллект – наши единственные источники знания о мире и о самих себе, то изучение мистицизма – ложное и глупое предприятие. Таковым его и считают большинство современных психологов, психиатров и представителей естественных наук. В то же время, гипотеза о мистической интуиции вполне законна и с точки зрения нашей рациональной науки. Технические процедуры мистицизма, кажущиеся столь странными и непрактичными, могут быть поняты как необходимые и вполне логичные средства для развития интуитивной способности.

Формальный взгляд психиатрии на человеческую психику никогда не включал понятие интуиции. Для иллюстрации этого факта давайте сравним две следующие метафоры – первая позаимствована у Фрейда, а вторая взята из суфийской литературы. Фрейд уподобил человеческое существо всаднику на лошади:

Отношение Эго (Я) к Ид (Оно) можно сравнить с отношением всадника к лошади. Лошадь обеспечивает движущую энергию, тогда как всадник имеет привилегию выбора цели и управляет мощной силой лошади [1].

При таком взгляде главенствующим оказывается разум. В аналогичной суфийской метафоре в качестве возницы предстает интуиция:

Вообразим себе возницу. Он сидит на колеснице и правит запряженной в нее лошадью. Интеллект – это колесница, внешняя форма, находясь в ней мы устанавливаем, где, по нашему мнению, находимся, и решаем, что делать. Мы называем это ташкил – внешняя форма, или формулировка.

Лошадь олицетворяет мотивирующий импульс, представляющий собой энергию, которая называется «эмоциональным состоянием», или другой силой. Она нужна, чтобы приводить колесницу в движение. Человек в нашем примере – тот, кто в некотором смысле более совершенным образом, чем другие участники, воспринимает назначение и возможности данной ситуации и обеспечивает условия движения колесницы и достижение ею пункта назначения [2].

Для Фрейда, как и для большинства современных психологов и философов, человек – это разум, тогда как для мистиков человек – это интуиция.

Данное расхождение отражает фундаментальное различие между западным научным эмпиризмом и мистической наукой.

Западная психотерапия в своих взглядах на мир почти исключительно опиралась на представления научного материализма. Таким образом появилась весьма скудная модель человеческого сознания, а смысл и значение жизни оказались утерянными.