Всех скорбящих Радость (сборник)

 – Они растут в тропических болотах и заводях, и в них любят прятаться крокодилы! Какой-нибудь индус захочет собрать букет гиацинтов для своей девушки – а оттуда на него крокодил смотрит! Ужас, правда?

– Совершенно неописуемый ужас! А откуда вы все это знаете, Юля?

– Из книг, конечно! Я очень люблю читать книги о растениях.

– Хотите стать ботаником?

– Нет. Если меня вдруг вылечат, то я стану обыкновенным садовником и буду работать в каком-нибудь большом красивом парке. Я могла бы стать очень хорошим садовником…

«А я мог бы стать очень хорошим музыкантом», – подумал Роман, но вслух этого говорить не стал.

Они гуляли долго, до самого обеда.

* * *

Вечером Роман сразу после ужина спустился в конференц-зал, заранее перенес к роялю стул из-за кафедры и поставил его рядом со своим. Потом сел и стал ждать Юлю. Она пришла, увидела второй стул, заулыбалась и сразу же уселась на него, оправляя полы халата. Роман спросил:

– Ну что, ты готова заниматься в музыкальном ликбезе? – В саду они незаметно перешли на «ты».

– Готова! – кивнула Юля. – Я хочу узнать про композитора Сергея Рахманинова.

– Про Рахманинова? Почему именно про него? – удивился Роман и тут же вспомнил, что Рахманинов умер от рака легких. Но ответ Юли удивил его еще больше.

– Я читала, что растения очень хорошо растут под музыку Сергея Рахманинова. Вот мне и интересно – почему?

– Садовая ты голова! – засмеялся Роман и погладил Юлю по короткому ежику. Но тут же испугался и осторожно убрал руку, ведь там, под чуточку колючими светлыми волосами Юли, притаилась она, «черная звезда», злая и коварная опухоль: вдруг Юле неприятно или больно любое, даже самое осторожное, прикосновение к голове? Но она только доверчиво улыбнулась ему.

И тогда он начал играть Первый фортепианный концерт Рахманинова. Играл и наблюдал искоса, как внимательно слушает его Юля. Играл он неважно, даже, честно сказать, совсем плохо играл, но то, как его слушала Юля, помешало ему огорчиться. Она не просто слушала, а явно вслушивалась в себя, стараясь понять, что в ней происходит под эти ровные звуковые ряды, переливающиеся, задумчиво мерцающие, как влажная листва в саду под лунным светом… Теперь она была похожа уже не на садового гномика, а на серьезного и печального эльфа: по крайней мере, именно такими представлял эльфов Роман, когда читал фэнтези. Глаза у Юли были большие и с такими огромными ресницами, что было сразу видно – ресницы у нее длиннее волос.