«Сила молитвы» и другие рассказы

По дороге от вагончика к храмовой двери скосил глаза на бомжа. Тот сидел в изначальной позе и все так же ковырялся в газетах. Зайдя в храм, Женя зажег лампаду и начал читать молитвы. Но вечернее правило как-то не ладилось. Ночной сторож вспомнил, что вообще-то он христианин, а у него уже полчаса как попросили воды. Как знать, может бомж и не маньяк вовсе и действительно воды хочет.

«Если он меня прихлопнет, буду мучеником, а если нет, исполню свой христианский долг и напою ближнего чашей холодной воды».

Такая логика понравилась Жене, и он решился.

Отложив молитвослов, он набрал стакан воды и направился к выходу. Бродяга уставился на него. Чувствуя, как подрагивают колени, Женя открыл калитку и сделал шаг в лесную тень. Бомж поднялся навстречу. На негнущихся ногах Женя подошел к нему и, протянув стакан с водой, сказал:

– Пей.

Нищий жадно начал пить. Женя перевел дух.

– Ты что, правда с Херсона пешком? – спросил он.

– Правда, – ответил незнакомец.

Он уже осушил стакан и теперь вытирал запекшиеся губы, отдуваясь.

– Так что же, здесь и ночевать будешь?

– Здесь и буду. Завтра в Лавру хочу пойти. А можно еще воды? – попросил бомж, протягивая стакан.

Женя стоял в замешательстве. Ему было странно, что его никто еще не зарезал, лес не огласился криком невинной жертвы, земля не обагрилась мученической кровью… Взяв стакан, он пошел за добавкой. Мысли теснились разные. Ладно, он пока меня не тронул. Просто не был готов, может быть. Попросил вот еще воды, а теперь приготовится, нож достанет…

Женя зашел в вагончик, отрезал полхлеба, набрал литровую банку воды.

Снова вышел за ограду.

– Вот, держи. На всю ночь хватит.

Грязные руки приняли хлеб и банку.

– Как тебя зовут? – зачем-то спросил Женя.

– Дмитрий, – ответил бродяга.

Женя постоял немного, не зная, продолжать ли разговор.

– Помощи Божьей, Дмитрий, – сказал он, ужасаясь фальши своей интонации.

Вернувшись в храм, он дочитал правило, походил по территории и пошел спать.

Глянул в парк – Дмитрий продолжал сидеть в той же позе, по-видимому, засыпая. Сторож зашел в вагончик, подкинул дров в печку и лег на кровать. Было тепло и уютно. Женя лежал и думал.

«Пустить бомжа нельзя – на это и настоятель не благословит (да и поздно было звонить ему). Пусть даже Дмитрий действительно с Херсона пешком, но человек он неизвестный, и кто знает, чего ожидать от него. Возьмет и задушит ночью – а что, мало случаев? Нет, пустить невозможно.