Клятва. История любви

 – Где ты их раскопал?

Эту одежду устаревшего фасона Эмили ни за что не надела бы. У них оставался последний шанс доказать, что они знали Эмили, что прислушивались к ней. Что, если они понимали все неправильно?

Мелани выбежала из помещения, стараясь не думать о реальной проблеме. Дело не в том, что Майкл сделал неправильный выбор, а в том, что вообще сделал выбор.

Когда они приехали домой, на подъездной дорожке их ждала Энн-Мари Марроне.

Ночью Майкл кратко пообщался с детективом, и у него тогда не было особого желания ее слушать.

Она сообщила им неприятную новость о том, что Эмили и Крис пытались покончить с собой. Поскольку Эмили умерла, Майкл не представлял себе, что еще эта женщина может им рассказать.

– Доктор Голд, – выходя из «тауруса», обратилась к нему детектив Марроне. Она подошла по гравийной дорожке к их машине. Если даже она заметила, что Мелани продолжает сидеть на переднем сиденье, уставившись в пустоту, то не стала комментировать. – Я не знала, что вы врач, – дружелюбно произнесла она.

Она указала на припаркованный слева пикап, на котором значилось название его практики.

– Животные, – лаконично ответил он. – Не одно и то же. – Он вздохнул. Каким бы ужасным ни выдался сегодняшний день, причиной тому была не Энн-Мари Марроне. Она всего лишь выполняет свою работу. – Послушайте, детектив Марроне, у нас было трудное утро. У меня, право, нет времени разговаривать.

– Я понимаю, – просто сказала Энн-Мари. – Я займу у вас всего минуту.

Кивнув, Майкл указал на дом:

– Там незаперто.

 – Он заметил, что детектив открыла рот, чтобы отругать его за беспечность, но потом передумала. Майкл подошел к переднему сиденью, открыл дверь и заставил Мелани выйти из машины. – Иди в дом, – сказал он ласковым приглушенным голосом, каким обычно успокаивал норовистую лошадь.

Он помог жене подняться по каменным ступеням и отвел ее на кухню, где она уселась на стул, не сняв даже пальто.

Детектив Марроне стояла, повернувшись спиной к кухонному прилавку.

– Ночью мы говорили о признании молодого Харта в двойном самоубийстве, – сразу перешла она к делу.

 – Ваша дочь могла себя убить. Но вы должны знать, что, пока не доказано обратное, ее смерть рассматривается как следствие убийства.

– Убийство, – выдохнул Майкл, и от одного этого ужасного, но притягательного слова в его сознании словно открылся шлюз – шанс обвинить в смерти Эмили кого-то, помимо себя. – Вы говорите, ее убил Крис?

– Я ничего не говорю, – покачала головой детектив.