Клятва. История любви

Он снова приближался к ней. Ей пришлось сделать выбор. Всхлипывая, она нащупала защелку задней двери.

– Давай, давай, – плакала она, отстегивая ремни на детском сиденье с младенцем и беря ребенка на руки.

Гас бросилась к противоположной стороне машины, где сидел Крис, но тот мужчина уже заводил двигатель, и она смотрела, прижимая к себе одного ребенка, как похищают другого.

– Гас! Гас! – (Она резко проснулась, пытаясь сфокусироваться на лице мужа.) – Ты опять стонала.

– Знаешь, – переводя дух, сказала Гас, – говорят, если стонешь, когда спишь, то, значит, в твоем сне ты кричишь.

– Тот же кошмар?

– На этот раз это был Крис, – кивнула Гас.

Джеймс обнял Гас и провел ладонью по ее огромному животу, чувствуя на ощупь бугорки и выступы, которые будут коленями, будут локтями.

– Это для тебя нехорошо, – пробормотал он.

– Я знаю. – Ее сорочка промокла от пота, сердце бешено колотилось. – Может быть… может, мне сходить к кому-то?

– Психиатру? – усмехнулся Джеймс.

 – Перестань, Гас. Это всего лишь ночной кошмар. – Смягчив тон, он добавил: – К тому же мы живем в Бейнбридже. – Он прижался губами к ее шее. – Никто не собирается угонять твою машину. Никто не собирается похищать наших детей.

– Откуда ты знаешь? – тихо спросила Гас, уставившись в потолок. – Как можно быть уверенным, что твоя жизнь заговорена?

Она пошлепала по коридору в комнату сына. Крис спал, разметавшись поперек кровати. Он спит, подумала она, с уверенностью человека, знающего, что он в безопасности.

Лето выдалось необычно жарким, но Гас приписывала это не течению Эль-Ниньо и не глобальному потеплению, а закону Мёрфи, поскольку была в середине своей второй беременности. Каждое утро в последние две недели, когда температура доходила до восьмидесяти пяти градусов по Фаренгейту, Гас и Мелани отвозили детей на Талли-понд, городской водоем для купания.

Крис и Эмили были у воды, наклонив друг к другу головы и переплетя загорелые руки.

Гас смотрела, как Эмили измазала руки в мокром песке и нежно провела ими по лицу Криса:

– Ты индеец.

Следы от ее пальцев оставили на его щеках военную раскраску.

Крис наклонился к воде и зачерпнул две пригоршни песка. Он пришлепнул ладони к голой груди Эмили, и грязь стала стекать к животу.

– Ты тоже, – сказал он.

– Ой-ой! – пробормотала Гас. – Пожалуй, пора отучать его от этой привычки.