Мой год с Сэлинджером

Потом я узнала, что литературная агентесса, о которой идет речь, подбирала себе помощницу уже несколько месяцев. Но в тот холодный декабрьский день я об этом не подозревала, поэтому, зажав телефонную трубку ухом, повесила свой приличный костюм в душ, чтобы пар разгладил складочки.

На следующий день, застегнутая на все пуговицы, в приличном костюме, я села на поезд до угла Пятьдесят первой и Лексингтон-авеню, перешла Парк-авеню и оказалась на Мэдисон-авеню, где меня ждала вышеупомянутая агентесса.

– Итак, – сказала она и зажгла длинную коричневую сигарету – жест, напомнивший мне одновременно дона Корлеоне и Лорен Бэколл.

Пальцы у агентессы были длинные, тонкие, белые, с невидимыми костяшками и ногтями идеальной овальной формы. – Печатать умеете?

– Умею, – подтвердила я и робко кивнула.

Я рассчитывала на более сложные вопросы, беседу на абстрактные темы, вроде моей профессиональной этики и привычек, или продуманные возражения центральным постулатам моей магистерской диссертации.

– На машинке? – уточнила агентесса, выпятив губы и выпуская клубочки легкого белого дыма. На губах ее играла едва заметная улыбка. – Это совсем не то, что на… на… – ее лицо скривилось от отвращения, – компьютере.

Я нервно кивнула:

– Вы правы.

Через час, когда стемнело и город опустел в преддверии праздника, я лежала на диване и перечитывала «Доводы рассудка»[3 - Роман Джейн Остин.], надеясь, что мне никогда больше не придется надевать этот костюм и тем более колготки, без которых его нельзя было носить.

И тут зазвонил телефон. Меня взяли на работу.

Так и вышло, что в первый понедельник после Нового года я проснулась в семь утра, приняла душ, стараясь никого не разбудить, и спустилась по ветхой каменной лестнице нашего дома. А выйдя на улицу, обнаружила, что мир остановился: вся улица была в снегу. Я, разумеется, знала, что надвигался буран, а может, и не знала, ведь у меня не было телевизора и радио, а мои знакомые обычно не говорили о погоде.

В моих кругах дискутировали по более важным, глобальным вопросам; погоду обсуждали наши бабушки и скучные соседи из пригорода. Будь у меня радиоприемник, я бы знала, что весь город перекрыли, Департамент образования впервые за почти двадцать лет отменил уроки в школах из-за снегопада, а по всему побережью много людей погибли или погибали в этот самый момент, запертые в машинах, необогреваемых домах, или, поскальзываясь на нерасчищенных улицах, ломали шеи.