Штормовые времена

– Да, если ты считаешь, что сможешь в целости довезти дорогую мебель. Мне неприятно думать, что с драгоценным имуществом, которым дорожила наша семья, грубо обойдутся.

– Не обойдутся, – с готовностью заверил Филипп. – Все будет тщательно упаковано в ящики, и я лично прослежу за погрузкой и выгрузкой. Мы отправляемся на скоростном клипере, о котором говорят, что он почти такой же быстроходный, как пароход, но куда чище и удобнее.

Августа вздохнула:

– Как же я не хочу, чтобы вы уезжали! Вы с таким трудом вернулись из Индии только для того, чтобы снова вас потерять.

И я очень боюсь путешествия для милой девочки.

– Августа, – серьезно начал Филипп. – Если ты хочешь на время оставить ребенка…

– Нет, нет! Никогда. Малышка Августа меня не признает. Она слишком много плачет. Это расстраивает Фредерика. Она приедет в гости, когда подрастет…

– Избалованное создание, – пробурчал Филипп. Он нахмурился, но вскоре просиял: – Дом, который оставил мне дядя Николаса, говорят, крепкий, во французском стиле, – заметил он.

 – Я хочу его хорошо обставить. Ты знаешь, мы кое-что привезли из Индии. У Аделины есть очень примечательная кровать и инкрустированные шкафы. Кроме того, у нас прекрасные ковры. Мы справимся. Не волнуйся.

– Но я действительно волнуюсь. Я хочу, чтобы вы заняли в Квебеке достойное место в обществе. А это будет трудно сделать в плохо обставленном доме.

– Мы справимся. Мне представляется, что там не так уж много гусарских офицеров, а Аделина, как ты знаешь, внучка маркиза.

– Да. Она тоже выглядит утонченно. Она тебе показывала жемчужные брошь и браслет, которые ей я подарила?

– Да. И я очарован.

– Сейчас я собираюсь отдать вам мебель из нашего дома. По большей части это настоящий чиппендейл, он украсит любую гостиную. Но мне это не нужно. Когда Фредерик привел меня в этот дом, он был полон мебелью. У нас нет детей, не для кого беречь. Хочешь ее, дорогой Филипп?

– Безумно хочу! – воскликнул Филипп. – Это так великодушно с твоей стороны, Августа!

Аделина была очарована щедростью Августы.

К ней вернулась веселость. Дом наполнили ее разговоры, ее смех, звуки ее нетерпеливых шагов. Филипп не знал, что такое желать покоя и тишины, но как искренне этого желали Фредерик и Августа!

Ко времени отъезда визитеров почтенная пара совершенно измучилась. Самым их искренним желанием было увидеть дорогих родственников в последний раз, а затем никогда больше не принимать их с длительными визитами.