Девушка с секретом, или Убей моего мужа

Посмотрев на экран, младший Бельский удалился в коридор, зато в гостиную вплыл Григорий с чашкой кофе.

– По особому рецепту, – доверительно поведал он, подмигивая мне. – С коньячком.

Поморщившись, я сделала глоток. Да уж, кто о чем: Гриша думает, что мы с Тинкой напились и весело проводили время, а вот Глеб явно подозревает нас во всех смертных грехах.

– Полина, – раздался голос со второго этажа. – Иди сюда, переоденешься.

Поблагодарив Гришу за кофе, я рысью понеслась в комнату Тины. Подруга, тут же закрыв за мной дверь, шикнула:

– Только тихо! Иди в ванную, умойся, там тебе шмотки.

Я вниз, братцев выпровожу и приду обратно.

– А с ним что? – спросила я, косясь на мужчину. Максим лежал тихо, на спине, как мы и положили, однако мерно вздымающаяся грудная клетка свидетельствовала о том, что он жив.

– Вроде нормально все, спит, – с облегчением сказала подруга. – Дверь за мной запри.

С опаской покосившись на мужчину на кровати, я подошла к нему поближе и принялась бессовестно разглядывать.

Так и есть – спит. Тело, укрытое простыней до пояса, было испещрено синяками и ранками, смазанными чем-то и заклеенными пластырями. Правый бок перемотан, но повязка чистая, белая – значит, кровотечение остановилось. Сложен Максим был неплохо – не так, как братья Бельские, щеголявшие кубиками пресса, но вполне себе ничего – широкие плечи, красивый рельеф рук. Постояв еще минутку над спящим, я задумчиво постучала пальцем по подбородку и отправилась в ванну.

Смыв с себя всю грязь и натянув брючный костюм зеленого цвета, которые мне абсолютно не шел, зато нравился Тине, я вышла в коридор и прислушалась.

Снизу доносились мужские голоса, принадлежавшие Бельским:

– Твой Мирон совсем уже обнаглел! Звонит мне в пять утра, несет какую-то чушь про Макса!

– Глеб, ну хватит. Мирон мне тоже звонил: брат у него пропал, понятно же, что волнуется.

– А я тут при чем? Мне Стрелок сто лет не сдался! Да он уже так всех достал, что любой в городе с радостью бы его прикончил!

– Глеб, ну ты пойми…

Голоса постепенно стихли, затем хлопнула входная дверь.

Повернув голову вправо, я обнаружила Тину, задумчиво смотрящую на меня.

– Подслушивала?

– Подслушивала, – согласилась я. – И что это значит?

– Плохи наши дела, – вздохнула подружка. – Мирон уже брата ищет. Не ровен час, сюда припрется – и поминай как звали.

– И что делать? – испугалась я.

– Надо Макса куда-то деть. В больницу бы неплохо – с такими ранами.