Асан

– Как это?

– А посчитать, сколько солдат. Прикинуть, кто пьян, а кто нет… Получится человек тридцать… А если вычесть трезвых… Которые могут за себя постоять… Правильно?

Я навязывал какую-никакую логику:

– …Мы платим выкуп только за пьяных. Правильно?.. В БТРах водилы все трезвые. Шоферы трезвые… Пулемет тоже трезвый. Правильно?.. Считаем, сколько пьяных… Потом считаем, сколько трезвых…

Молодые чичи аж затопали ногой от нетерпения. Полевой спросил:

– Долго будешь считать, Сашик?

Он, конечно, понимал… Я, переговорщик, тяну время.

Выгадываю. Чтобы, возможно, чем-то козырнуть.

– Разве мы торопимся, командир?

– Сам сказал, им в баню надо.

Полевой засмеялся. Удачно мне ответил… А потом показал на этих двоих, что за моей спиной. Готовых к резне.

– Они очень торопятся.

Я даже не кинул вполоборота взгляд. Горячие юнцы. Как не понять!.. Вот сейчас бы и выхватить ножи… И резать русских… Этих сволочей… Этой солдатни прямо на дороге попалось больше сорока рыл!.. Два, что ли, неполных взвода!.

. Во как!.. Всю жизнь после этого можно гордиться. Похваляться… А когда состаришься, детям рассказать. Сорок пять их было!.. Зарезали, как барашков. А кто-нибудь льстиво поправит – нет, больше, чем сорок пять… Это больше, если два взвода!

Я, сказать честно, уже не слышал вонь этих юных нукеров… Я уже сам вонял, весь в поту. Я все-таки обернулся и похлопал одного из них по плечу. (Он отшатнулся. Весь в нервной дрожи.)

– Хорошие пацаны у тебя, командир!.. Хорошие!

Я выдал восхищенный вздох.

Но (переговорщик!) продолжал свое:

– Однако, командир, твои ребята не все так торопятся, – и я мотнул головой в сторону группки бойцов, что поодаль.

Надо отдать должное части чеченцев… Как ни засиделись они в горах, как ни намерзлись у своих хилых, притаенных (от вертолетов) костров, они сейчас не схватились за ножи. Не торопились отличиться, убивая буйных пьяных, что в первом грузовике, и режа сонных, что во втором. В бою, в засаде – это бы лучше! Это бы самое оно!.. А с пьяни лучше взять деньгами, а не пьяной кровью.

– Конечно, если б настоящая засада, можно бы и дорого заплатить. Если б атака… Бой – вот дело для чеченцев достойное, – я льстил вслед за Русланом.

Я продолжал, пренебрежительно фыркнув:

– А что тут, в грузовиках?.. Чем похвастаешься, командир?.. Это же дармовщина. Это ж халява!

Я, такой нехороший, пытался принизить их удачу. И полевой, осердясь, коротко меня перебил:

– Ачх!..

Коротко и ясно. Деньги!..