Асан

Вперед!

Где БТРы?

Там… Все туда – все в колонну!

Громадный солдат, таких хмель не берет, взревел:

– В какую колонну? Ну, ты-ы! Где ты видишь колонну?

– Вы колонну как раз и организуете. Все вместе… Вы и есть колонна, – объясняет Красная Повязка. – Там ваши БТРы… И там два порожних грузовика от майора Жилина. И три грузовика с бочками бензина… Бензин тоже от майора Жилина.

Новая фамилия сразу раздражает солдат. Новобранцев по приезде раздражает всякое имя, произносимое с уважением… И они вопят:

– Блин!.

. Пацаны! Обосраться можно… Мы еще и сопровождаем кого-то.

– Не сопровождаете, а просто вместе в одной колонне. Вместе движитесь… двигитесь… движигитесь… – Красная Повязка запутался в глаголе, в самом главном глаголе войны.

Солдаты, так и не построившись, уходят всей ватагой с рельсов. Наконец-то… Площадь вся в ямах… С хмельным азартом солдаты взбираются на БТРы, а БТРы, четыре боевые машины, помаленьку, борт за бортом, выдвигаются на дорогу… Ближе к грузовикам.

Ехать в сторону Бамута.

В воинскую часть за номером икс-икс. Давай-давай! Колонна кое-как слепливается… Давай-давай! Вот и грузовики с бензином! Не бойсь! Не сгорим!

Появляется тихий старичок чеченец. С форменной бляхой носильщика на груди. Седая голова. На лице непреходящий нервный тик.

Он пытается ухватить Красную Повязку за рукав. Чтобы тот к нему обернулся:

– Сашик будет недоволен.

– Чего тебе?

– Ты зачем солдат к его колонне цепляешь? Сашик будет сердит.

А мне по фигу… Ты, старик, хорошо видишь? Видишь эту орду?!

Они оба видят… Солдаты, едва влезши на БТРы, спрыгивают.

Ища место получше то там, то здесь… Гогочут, обнимаются. Несмотря на чудовищный хмель, лица многих сияют. Такие ясные, такие восхищенные молодые глаза!

Красной Повязке не хватает решимости. Но вот этот солдат, совсем уж бестолковый! Впору дать недоумку по башке!.. Кинулся к проходившим мимо железнодорожным работягам, чеченцам и русским… промасленные… невыспавшиеся… А солдат мечется. Криком крича, зовет: «Батя-аа!.

. Батя-аа!..» Спрашивает работяг про отца… Солдат думает, что он все еще на Волге. Дурачок не успел проститься!.. Он думает, что его дом и родные где-то неподалеку. Не понимает, что он в Чечне. «Где батя-аа?!. Батя-аа!..»

В помощь Красной Повязке определился тот нехмелеющий громадный солдат. По имени Жора, немыслимый здоровяк… Жора сгреб солдатика, смял и ласково повторяет ему, подталкивая, подпихивая его кулачищем к БТРу:

– Найдем отца.