Потерянные судьбы. Роман

– Чаво ей надобно тады?

– Порося про?сить помочь заколоть…

– Больше некому? – заволновалась Маша, заглядывая в лицо Ване.

– Дед у них ужо не справится, вот и про?сить…

– Ну-ну… – нехорошая мысль закралась в голове Маньки по поводу Томы.

Дома родителей ждала приболевшая Нюсенька. Лёжа на кровати, девочка облизывала сахарную ложку и вспоминала питомца Черныша.

– Нюсь, ты шо тама? – в комнату вошла Мария. – Краснючая уся…

Всю ночь у девочки была высокая температура. Мария отпаивала её тёплым питьём с сахаром и укладывала на лоб полотенце, смоченное холодной водой.

Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой.

Выходила на берег Катюша,

На высокий берег на крутой.

Выходила на берег Катюша,

На высокий берег на крутой.

Выходила, песню заводила,

Про степного сизого орла.

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла.

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла…

– Як же ж ты простудилася? Ой, донюшка… – причитала Маша, переживая за здоровье ребёнка.

– Не нагоняй, – сердился Иван, наблюдая за женой. – Впервой, шо ли? Выкарабкаетси…

На следующий день вместе с сестрой родители решили оставить дома и Вовку. Мальчишка бегал по хате и прыгал у кровати Нюси, мешая ей своими криками и визгами.

– Сядь, кому сказала! – ругала Маня сына. – Сестра болееть!

– Она притворяется, – заглядывал в лицо девочки неугомонный мальчик.

– А ну, поди прочь, – мать дёрнула за руку Володю. – Паршивец…

– Лучше бы я с папкой пошёл… – обиделся мальчонка и сел в угол. – Тётя Тамара добрая, а ты злая…

– Шо?

– Добрая! А ты злая! – отвернулся от Марии Вова и захлюпал, пытаясь выдавить из себя слёзы. – Уйду я от тебя к ней жить…

– Куды енто ты собрался? А? – Маша подошла ближе. – Куды?

– К тёте Тамаре, она меня конфетами угощает, а ты прятаешь…

– Володя… – Марии стало не по себе.

– Она меня любит и жалеет, а ты орёшь! Не любишь ты меня!

– Сы?ночка, ты шо такое говоришь? – Маня всплакнула, опустилась на колени и принялась гладить по голове Вову.

– Отойди… – увернулся мальчишка и выбежал из комнаты. Залез на печь и притих.

– Шо енто делается? – Мария встала, проверила на температуру лоб дочери и села на лавку у печки.