Дава в заснеженных горах

Пока Юэлян блуждал в своих мыслях, к нему подошел взводный. Юэлян вскочил.

– О чем задумался, Юэлян? – поинтересовался он.

– Да так, ни о чем, – смутился тот.

– Я показал обе твои статьи своему однокашнику, он редактором работает. Говорит, пишешь ты неплохо, но сюжет бедноват: слишком мало событий…

Юэлян приуныл. Он и сам считал, что написано весьма недурно. Сочинять тексты он любил и в отряде связистов регулярно участвовал в подготовке стенгазеты, которую оформляли на меловой доске.

– Но ведь именно так нам здесь и живется, – вздохнул он. – Каждый день одно и тоже, как под копирку…

Взводный улыбнулся:

– А ты напиши про Даву.

Юэлян вздрогнул. Уж не намекает ли взводный на его чрезмерное увлечение собакой?

– Честное слово, Дава никак не влияет на качество моей службы.

– Да я серьезно. Если уж взялся писать, пиши о том, что тебе интересно!

Взводный приехал на третий день с появления Давы на заставе. Он сразу заметил, как часто в разговорах солдат выплывает этот новый «на-хлебничек».

Юэлян рассказал, как все произошло, и взводный решил:

– Раз уж привез, отвечай теперь за него. Но так, чтобы твои дежурства и тренировки не пострадали!

– Слушаюсь! – воскликнул Юэлян.

Взводный собирался задержаться на праздники дома подольше, но все же вернулся раньше, чем планировал. Взвод был счастлив, а Юэлян – особенно. Все два месяца, пока командир навещал семью, юноша ждал его с нетерпением. Почему-то рядом со взводным Юэлян всегда чувствовал себя уверенно, хотя тот был совсем немного старше.

Взводный был капитаном всей заставы, главой их большой солдатской семьи. По прибытии он сообщил, что побоялся снегопадов с перекрытием дорог и потому решил вернулся раньше срока.

– Ну и какого черта? – возмутился старина Сун. – Оставался бы дома, заботился о своих стариках! Ты что, нам не доверяешь?

Взводный стушевался:

– Конечно, доверяю. Просто я очень по всем вам скучал.

Сидеть дома не хотелось. Как только выбирался куда-нибудь или набивал пузо чем-нибудь вкусненьким, тут же вспоминал о вас – и всякое настроение пропадало! Однажды пошел с однокашниками в караоке, так один мой приятель запел «Возвращаюсь в Лхасу». Услыхал я первую строчку – и ну хлюпать носом да обливаться слезами! Ребята просто рты пораскрывали…

Юэлян заметил, как у взводного дрогнул голос. Старина Сун молча похлопал командира по плечу.