Я буду сверху

Ко мне Агап по неизвестной причине благоволил, не позволял хулиганам меня обижать, но никогда не нарушал дружеские границы. Долгое время я недоумевала, почему он меня терпит, а потом забила на это, и просто наслаждалась дружбой.

Когда я уехала в Москву, точнее, убежала, роняя тапки, наше общение практически прервалось. Мы исправно поздравляли друг друга с праздниками, но прежних душевных разговоров не вели. И все же я надеялась на его помощь. Агап, насколько мне было известно, связи с уличной шпаной не потерял, напротив – стал у них одним из главных.

– Боже, какие люди, – заголосил Агап, встречая нас на пороге в махровом халате. Сграбастав меня в крепкие объятия, он расцеловал обе мои щеки и отметил: – В жизни ты еще красивее, чем на фото.

– Быть не может. Они тщательно отфотошоплены.

– Брось, – рассмеялся Агап и махнул рукой, приглашая нас зайти. Я направилась внутрь, следуя за хозяином квартиры. Милка, скривившись, потопала за мной.

В просторной гостиной царил беспорядок.

На белых кожаных диванах валялись шмотки, на стеклянном столике возвышалась груда коробок из-под пиццы, пара пустых бутылок из-под вина. Возле телевизора горели оплавленные свечи.

– Романтика, – фыркнула Милка за моей спиной, а я уставилась на девушку, мирно спящую на диване. Мадам в красном шелковом халате вольготно раскинулась на подушках, светлые волосы в беспорядке обрамляли ее личико с алой помадой на губах, на одной ноге висела туфля с меховой отделкой.

– Шик, – сказала Милка.

Я, признаться, даже почувствовала себя неловко при виде всего этого великолепия. Может, надо было боа какое-нибудь нацепить?

– Эй, Светка, вставай, – Агап бесцеремонно потряс блондинку за плечо. Та села, сонно моргая, заметила нас и запахнула халат.

– Иди, на кухне посиди. И кофе мне сваргань, – шлепнув девицу по попе, Агап выпроводил ее из гостиной, закрыл дверь и повернулся к нам. – Ну, чего стоите? Присаживайтесь.

– А это точно безопасно? – осведомилась Милка, брезгливо поглядывая на диваны.

Агап хохотнул.

– Сестра у тебя, Лара, все такая же язва.

– Есть в кого, – туманно ответила я и села в дальнее кресло. Агап устроился напротив и склонил голову набок, давая понять, что внимательно слушает. Милка так и осталась стоять, переминаясь с ноги на ногу.

– Меня интересует один человек, – начала я. – Семенихин Петр Андреевич. Ты случайно о таком не слышал?

Агап почесал подбородок, подумал и ответил:

– Нет.