Лунная долина

– Не мое дело? Нет, будет мое, коли захочу! Помните вашего обожателя, этого сопляка бухгалтера? Ну так советую не забывать, чем все это кончилось!

– Прошу вас, оставьте меня в покое! – обиженно проговорила она. – Ну хоть один раз не мучьте!

Кузнец язвительно засмеялся.

– Если какой-нибудь сопляк намерен встать между нами, пусть не воображает… я ему вправлю мозги… Так в пятницу вечером? Да? А где?

– Не скажу.

– Где? – повторил он.

Губы девушки были крепко сжаты, на щеках двумя небольшими пятнами вспыхнул гневный румянец.

– Подумаешь! Точно я не отгадаю! В зале «Германия», конечно! Ладно, я там буду и провожу вас домой. Поняли? И уж лучше предупредите своего сопляка, чтобы он убирался подобру-поздорову, если не хотите, чтобы я ему морду набил.

Саксон, чье женское достоинство было оскорблено таким обращением ее поклонника, хотелось бросить ему в лицо имя и подвиги своего нового защитника. Но она тут же испугалась: Чарли – взрослый мужчина, и в сравнении с ним Билл – мальчик.

По крайней мере ей он показался таким. Она вспомнила свое первое впечатление от рук Билла и взглянула на руки своего спутника. Они показались ей вдвое больше, а шерсть, которой они обросли, свидетельствовала о его ужасной силе. Нет, не может Билл драться с этаким громадным животным! И вместе с тем в ней вспыхнула тайная надежда, что благодаря чудесному, баснословному искусству, каким владеют боксеры, Биллу, может быть, удастся проучить этого забияку и избавить ее от преследований. Но когда она опять посмотрела на кузнеца и увидела, как широки его плечи, как морщится сукно костюма на мощных мышцах и рукава приподняты глыбами бицепсов, ее снова охватили сомнения.

– Если вы опять хоть пальцем тронете кого-нибудь, с кем я… – начала она.

– Ему, конечно, не поздоровится, – осклабился кузнец. – И поделом. Всякого, кто становится между парнем и его девушкой, необходимо вздуть.

– Я не ваша девушка и, что бы вы ни говорили, никогда не буду.

– Ладно, злитесь, – кивнул он.

 – Мне нравится, что вы такая задорная. Нужно, чтобы жена была с огоньком, а то – что в них толку, в этих жирных коровах! Колоды! Вы по крайней мере огонь, злючка!

Она остановилась возле своего дома и положила руку на щеколду калитки.

– Прощайте, – сказала она. – Мне пора.

– Выходите-ка попозднее, прогуляемся в Андорский парк, – предложил он.

– Нет, мне нездоровится. Поужинаю и сразу лягу.

– Понятно, – проговорил он с ехидной усмешкой.