Философ, которому не хватало мудрости

Тогда он взял горсть земли и швырнул в белье. У него было ощущение, что он вернулся в детство, в тот возраст, когда хулиганят, чтобы досадить соседям и потом посмеяться над ними.

Все это на самом деле было слишком незначительно. Смехотворно. Первоначальные мысли о пытках и убийствах были уже отброшены… Но что они могут сделать? У этих людей ничего нет. Им нечего терять. Каким образом можно испортить им жизнь?

В этот момент Кракюс услышал шум за спиной. Он обернулся и заметил движущуюся тень. Он инстинктивно напрягся и замер.

Стал вглядываться в темноту и вдруг заметил женский силуэт. Молодая женщина направлялась в лес. А что, если пойти за ней? Он выждал несколько минут, потом решил отказаться от преследования, но вдруг заметил другой силуэт, явно направлявшийся туда же, но с большими предосторожностями, – человек явно старался держаться тени. Однако, когда луна через четверть секунды осветила лицо, Кракюя понял, что это индеец, которого он встретил в деревне. Аван, да, Аван. Кракюс терпеливо подождал, пока он удалится, а затем осторожно пошел в том же направлении.

Два человека встретились у обработанной делянки. Подойдя поближе, Кракюс спрятался среди растений. Луна изливала бледный свет на поляну. Неподвижно стоящие у кромки поля индейцы казались ему фигурками из театра теней, их черные силуэты четко вырисовывались на фоне белой лужайки. Несколько минут они постояли друг против друга, прежде чем слиться в объятиях. Потом мгновенно отпрянули. В профиль видны были торчащие груди молодой женщины.

У мужчины была эрекция. Они снова устремились друг к другу, и их тела слились в ночи.

6

На другой день Кракюс надел полевую форму, походные ботинки и фуражку, поднял воротник и направился в деревню. Мужчины еще не вернулись с охоты. Босые дети играли на земле. Он заметил молодую женщину, снимавшую белье.

– О-ля-ля! – воскликнул он. – Твое белье запачкано! Не знаю, ветер тут виноват или дети. Но тебе, похоже, не повезло.

– Ну ничего, – сказала она с широкой улыбкой.

 – Вода все смоет.

Сказав это, она скомкала белье, сунула под мышку и направилась к ручью. Кракюс пошел следом за ней.

– Это ты вчера его постирала?

– Да.

– А как тебя зовут?

– Залтана.

Она присела на берегу. Ряд камней слегка сдерживал течение, образуя своего рода запруду для стирки белья. Она опустила вещи в проточную воду и стала тереть друг о друга. Ее голые груди колыхались, и Кракюс почувствовал, что здорово возбудился.