Философ, которому не хватало мудрости

– И у тебя уже есть название? – спросила Элианта лукаво.

– Ну да, конечно… я не сочинил… я уже нашел кое-что… но…

– Подожди, хочу сама догадаться: это ведь из того, что было.

– Ну нет! Совсем не то. Название не вызывает… как бы это сказать… никаких чувств, так… немножко привлекает внимание, а про что там будет, не догадаешься…

Можаг тщетно искал названия к своим историям. Останавливался на каких-то, но большей частью отказывался и от них.

Он поднялся, отошел и присел рядом с группой мужчин, женщин и детей, собравшихся послушать его.

Повременил немного, терпеливо ожидая, когда улягутся разговоры и наступит тишина. Потом его голос зазвенел, словно в волшебной опере: если в обычное время он всегда бормотал, спотыкался на каждом слове, то истории он рассказывал без запинки, плавно и необыкновенно приятным голосом.

Жители деревни слушали его рассказ, убаюканные музыкой слов и увлеченные интригой, приключениями и его скрытым смыслом.

?

Кракюсу не везло. Ему никак не удавалось вывести индейцев из себя.

Что бы он ни делал, он не видел никакой ответной реакции. Даже тени раздражения. Ничего. Nada. Все они, как упрямые ослы, коснели в своем идиотском оптимизме. От них ничего нельзя было добиться.

Он вспомнил, что сказал об индейцах Христофор Колумб: «Они были бы хорошими слугами. Достаточно пятидесяти человек, чтобы обслужить всех, их можно заставить делать все, что захочешь». Этот тупой мореплаватель обольщался. И конечно, ошибся по всем статьям, потому что здешние туземцы все-таки никакие не индейцы… И даже шесть веков спустя их продолжают так называть, не желая прямо признать, кем был Колумб на самом деле, а был он человеком никчемным.

Во всяком случае, называясь Колумбом, можно делать какие угодно мерзости.

Подойдя к хижине Сандро, Кракюс остановился и на несколько мгновений задержался, чтобы перевести дух. Надо успокаивать его, создавать впечатление, будто он хорошо владеет собой и способен контролировать ситуацию. Он два раза постучал по деревянной балке и вошел.

Сандро с открытыми глазами лежал в гамаке, грезя о чем-то. Прошло два дня, и ему уже стало гораздо лучше.

– Как чувствуешь себя сегодня? – спросил Кракюс, наконец решивший, что будет обращаться к нему на «ты».

Сандро повернул к нему красивое мрачное лицо, но ничего не ответил, вероятно пребывая в своих мечтах.

– Я хорошенько понаблюдал за нашими дикарями, – начал Кракюс, чтобы прервать молчание. – Сдается мне, не так-то легко сделать их несчастными.