Моя борьба. Книга четвертая. Юность

Потом дошла очередь до шестиклассников и пятиклассницы.

Я отложил список и присел на стол.

– Я буду учить вас норвежскому, математике, основам христианства и естественным наукам. Вы хорошо учитесь?

– Не особо, – ответила рыжая девочка в очках, – учителя у нас меняются каждый год, все они приезжают с юга, и никакого образования у них нет.

Я улыбнулся. А она нет.

– А какие вы любите предметы?

Они переглянулись. Отвечать, судя по всему, никто не рвался.

– Вот ты, Кай Руал?

Мальчик заерзал.

На щеках у него проступил бледный румянец.

– Не знаю, – ответил он, – наверное, труд. Или физкультура. Но точно не норвежский!

– А тебе? – я кивнул девочке из магазина и сверился со списком: – Андреа?

Она положила под партой ногу на ногу и, склонившись вперед, что-то рисовала.

– У меня нету любимых предметов, – сказала она.

– Тебе все предметы не нравятся или наоборот – все нравятся? – не отставал я.

Она подняла голову. Глаза у нее ожили.

– Не нравятся! – заявила она.

– А все остальные – вы тоже так считаете? – спросил я.

– Да! – подтвердили они.

– Ну ладно, – сказал я, – просто дело в том, что нам с вами все равно надо провести эти уроки, независимо от того, нравится вам это или нет. Поэтому давайте проведем это время с пользой. Согласны?

Никто не ответил.

– Я про вас ничего не знаю, поэтому решил первые уроки посвятить знакомству, а потом уже решим, что будем делать.

Я встал, отхлебнул кофе и вытер тыльной стороной ладони рот.

Из-за стены послышалось пение. Голос высокий и чистый. Наверное, Хеге. А затем к ней присоединились слабенькие детские голоса.

Это были первоклассники!

– Для начала я бы хотел дать вам задание, – продолжал я. – Напишите мне что-то вроде резюме на одну страничку. Расскажите о себе.

– О нет, только не писать! – вырвалось у Кая Руала.

– А что такое резюме? – спросила Вивиан.

Я взглянул на нее. Подбородок у нее почти не закруглялся, поэтому лицо казалось квадратным, но при этом не грубым – было в ней нечто мягкое, щенячье.

Когда она улыбалась, голубые глаза почти исчезали, а улыбается она, как я понял, часто.

– Это значит, что надо написать о себе, – ответил я. – Представь себе, что ты рассказываешь о себе кому-то, кто тебя не знает. О чем ты первым делом напишешь?

Она села по-другому, неуклюже сплетя ноги.

– Наверное, что мне тринадцать лет? Я живу в Хофьорде и учусь в седьмом классе?

– Очень хорошо, – похвалил я.