Моя борьба. Книга четвертая. Юность

За этим последовало долгое молчание, которое, однако, не было неловким. Дорога бежала вперед, горы были красивыми, музыка – хорошей, а мнение Нильса Эрика – любителя походов, меня не заботило.

Но потом все изменилось. Я словно чересчур далеко зашел в одном направлении, и пришло время вернуться назад, потому что там меня ждало незавершенное дело. Нильс Эрик не причинил мне зла, никак меня не обидел, просто был излишне любопытным и, возможно, чуть навязчивым, а здесь, где я никого не знаю, это, возможно, не самое страшное.

Я замычал себе под нос «Sometimes it Snows in April».

– Ты слышал последний альбом Принса? – спросил я. – «Lovesexy»?

Он покачал головой.

– Но если он летом приедет в Норвегию или Швецию, то я схожу. Концерты у него невероятные. Я разговаривал с теми, кто был на его концертах во время турне Sign o’ the Times – они говорят, ничего прекраснее в жизни не видели.

– Я бы тоже сходил, – сказал я. – Вот этот последний тоже хороший. Может, хуже, чем Sign o’ the Times, но… Кстати, когда он только вышел, я о нем рецензию писал в «Фэдреланнсвеннен» и чуть не облажался.

 – Я посмотрел на Нильса Эрика: – В какой-то английской газете я читал, что Принс неграмотный, и сам едва об этом не написал, еще немного – и всю статью на этом построил бы. Вроде как Принс не умеет читать… Но, к счастью, мне это все показалось странным и я об этом умолчал. Позже я сообразил, что, видимо, это у него с нотной грамотностью проблемы. Точно не знаю. И что мерзко – мы столько запоминаем неверной информации, чего-то такого, что вообще от действительности далеко. Неприятно, когда подобное говорят, а тем более когда пишут и печатают в газете.

– Я думал, в этом и смысл газет, – Нильс Эрик улыбнулся, не сводя глаз с дороги.

– Да уж, – согласился я.

Далеко впереди показалась дорога на Хофьорд – узенькая серая линия, ведущая в черную дыру в горе.

– Я во вторник, кстати, письмо от своей девушки получил, – снова заговорил я.

– Вон оно что, – откликнулся он.

– Ага. Хотя девушка – это как посмотреть. Мы летом встречались. Ее Лине звали…

– Звали? Она что, умерла на этой неделе?

– Для меня да. В том-то и суть. Она меня бросила. Написала, что я такой чудесный и прочее и прочее, но что она никогда меня не любила, а так как я переехал сюда, лучше будет со всем покончить.

– Значит, ты свободен, – сказал Нильс Эрик.

– Именно, – я кивнул. – Именно это я и собирался сказать.