Заир

– Михаил, – говорит она, и я вижу, что она все поняла. – Поедемте с нами хотя бы на часок: ресторан, в который мы собираемся, совсем рядом. Потом шофер отвезет вас, куда захотите. А можно поступить иначе – отменим наш заказ и все вместе поужинаем в армянском ресторане: тогда вам не надо будет торопиться.

Я не свожу глаз с этого человека. Он не особенно красив, но и вовсе не безобразен. Не высок, но и не приземист. Одет во все черное, просто и элегантно – а под элегантностью я понимаю полное отсутствие «лейблов».

Мари подхватывает Михаила под руку и ведет к выходу. В магазине еще осталась целая пачка книг для тех, кто не смог прийти, но я обещаю подписать эти экземпляры завтра. Ноги у меня дрожат, сердце бухает в груди, а нужно делать вид, что все обстоит прекрасно, что я всем доволен, что с интересом выслушиваю те или иные замечания. Мы пересекаем Елисейские Поля, за Триумфальной аркой садится солнце, и я, сам не умея объяснить почему, понимаю – это знак, причем добрый знак.

Почему же мне так нужно поговорить с ним? Мои спутники – сотрудники издательства – о чем-то спрашивают меня, я отвечаю машинально, никто не замечает, что я – далеко отсюда и в толк никак не возьму, почему я окажусь за одним столом с человеком, которого должен бы ненавидеть.

Потому что хочу знать, где находится Эстер? Потому что хочу отомстить этому юноше – такому растерянному, такому неуверенному в себе и однако же сумевшему разлучить меня с любимой женщиной? Потому что хочу доказать себе самому, что я лучше, гораздо лучше, чем он? Потому что хочу очаровать его, подчинить своей воле, чтобы он убедил Эстер вернуться?

У меня нет ответа ни на один из этих вопросов, да и все это вообще не имеет ни малейшего значения.

До сих пор я произнес единственную фразу: «…хочу, чтобы он поужинал с нами…» Сколько раз я воображал себе нашу встречу – представлял, как хватаю его за горло, бью кулаком, унижаю на глазах Эстер: пусть видит, что я не только страдаю, но и сражаюсь за нее. Много чего я представлял себе – и мордобой, и притворное безразличие, – однако ни разу не пришли мне в голову слова: «…хочу, чтобы он поужинал с нами…»

Зачем спрашивать себя, что я намерен делать дальше, – все, что мне следует делать, это наблюдать за Мари, которая идет в нескольких шагах впереди под ручку с Михаилом, будто его возлюбленная.

Она не дает ему уйти, но почему же она помогает мне – ведь знает, что встреча с этим юношей может открыть мне местонахождение Эстер?

Пришли.