Джентльмен в Москве

Однако к началу ХХ века люди начали стреляться из-за неправильно поставленной в письме запятой, показавшегося невежливым взгляда или недостаточно высоко приподнятой шляпы при встрече.

Существует определенный международный кодекс дуэлянтов. Согласно этому кодексу количество шагов, разделяющих дуэлянтов перед выстрелом, должно быть обратно пропорционально тяжести нанесенного оскорбления. Иными словами, чем непростительнее кажется оскорбление, тем количество шагов между дуэлянтами должно быть меньше, чтобы одного из них гарантированно унесли с места дуэли ногами вперед.

Следовательно, думал граф, в наше время обмельчания причин, по которым люди вызывают на дуэль, стреляться надо по крайней мере на расстоянии тысячи шагов. То есть после удара перчаткой по щеке надо назначить секундантов, затем обиженная сторона должна сесть на корабль, отплывающий в Америку, а обидчик – на пароход, отбывающий в Японию. После прибытия в место назначения каждый из дуэлянтов должен надеть элегантное пальто, сойти на берег, достать пистолет, направить его в сторону моря и выстрелить.

Ну так вот…

Через пять дней после описанных выше событий граф с большим удовольствием принял приглашение отпить чаю вместе со своей новой знакомой – Ниной Куликовой. Они договорились встретиться в три часа дня в чайной комнате отеля, расположенной в северо-западном крыле на первом этаже. Граф пришел на пятнадцать минут раньше и занял столик на двоих около окна. Когда в пять минут четвертого прибыла его спутница, одетая в светло-желтое платье с черным поясом (которое делало ее очень похожей на нарцисс), он встал и вежливо отодвинул ей стул.

– Merci, – поблагодарила Нина.

– Je t’en prie[17 - Пожалуйста (фр.).], – ответил граф.

Потом граф подозвал официанта и заказал самовар. На небе над Театральной площадью собирались грозовые тучи, и они обсудили вероятность того, что скоро начнется дождь. Как только официант принес самовар и пирожные, выражение лица Нины сделалось серьезным. Стало очевидно, что она хочет что-то обсудить.

Возможно, кто-то мог бы подумать, что перемена темы разговора и резкий переход к делу не соответствуют хорошему тону, но только не граф. Напротив, граф считал, что быстрый переход к делу за чаем является совершенно нормальным явлением и нисколько не нарушает этикета чаепития. Люди пьют чай вместе, вполне возможно, только для того, чтобы обсудить то, что их волнует.

Все чаепития, на которые когда-либо приглашали графа, проходили по этой схеме.