Космонавтов 80/81

С самого рождения так: Лейла говорила, что даже когда его из её утробы вытащили, малой молчал. Акушеры ребёночка и по попке стучали, и по спинке – думали, задохнулся. А только по-другому взяли, как ему удобно стало – тут же и мяукнул им, как заказывали. Своенравный, далеко пойдёт.

Исчезло ли что-то из детской одежды, Асиф понять не смог, даже если и так, то немного совсем. Основная масса вещей была на месте. В их с Лейлой спальне всё тоже выглядело обычно – вот его кровать, вот её; две кованые тумбочки, небольшая ниша гардеробной – много костюмов Асифа и всего несколько платьев жены: он не жадный, просто к чему ей, если она из дома не выходит?

Но вот сейчас же вышла…

Асиф присел на свою кровать, потом прилёг, потом снова сел.

Упёрся локтями о колени и стал гладить себя по голове против роста волос – кожа собиралась в упругие складки волнами, следовавшими друг за другом, обнажая мысли одну за другой. Это какой-то дурной сон, нелепый приход, этого просто не может быть. Плохой товар, плохой поставщик!

Картинки перед глазами – вот он уходит утром, целует сыновей, Лейла хлопочет на кухне; вот он забегает домой днём переодеться – она встревоженно рассказывает что-то про ковёр. Точно. У новенькой украли ковёр! А вдруг это связано? Надо пойти и спросить. А ещё тётка из двадцать третьей квартиры – та вечно у глазка дверного пасётся и, если что-то необычное произошло, должна быть в курсе. Можно и к Тамаре Геннадьевне зайти, но та сплетница страшная, а огласки он не хотел.

Вдруг Асифу стало плохо – кровь прилила к глазам, тошнота подкатила к горлу, воздух ушёл: нет, не может быть! Только не это!

Он с остервенением принялся сдирать бельё со своей кровати – покрывало, одеяло и простынь увядшей розой валялись на полу; пока поднимал матрац – оцарапал костяшки до крови.

Как многие его ровесники, Асиф не доверял ни единому способу хранения денег. Часть откладывал в банк, но так, чтобы не вызывать вопросов у налоговой и прочих завистников.

В крипте тоже немного держал, но до конца не разбирался, а значит, и не верил системе, переживал, что любой способный хакер может похитить его кровные оттуда. Частично инвестировал, но без рисков – только надёжные облигации.

Основной же запас своего огромного, но скрытого ото всех состояния Асиф хранил наличными, по старинке под матрацем. Не привлекал внимания, жил относительно скромно.