Космонавтов 80/81

Несмотря на разницу в возрасте, женщина быстро поняла, как выглядеть так, чтоб никто из жильцов подъезда не заметил подмены матери на дочь – Марина сильно сутулилась, носила обноски и копалась в мусорках. Вылитая Диана Ивановна! Лазать по помойкам было противно, но и полезно – она видела, куда он выносит свой мусор, и раскапывала всё, до мельчайших фрагментов. Вот банановые шкурки и огрызки яблока – это хорошо, много витаминов, следит за здоровьем. Вот бумажки от коробок с быстрорастворимыми кашами – ну, если подумать, то тоже не самый плохой вариант.

Пару раз в неделю находились использованные презервативы и пустые бутылки вина. Всё это ей нравилось, помогало с выработкой стратегии и плана, изучением объекта. Один раз только Марина расплакалась – в мусорке была упаковка от палочек с благовониями – точно такие же всегда покупал Серёжа.

Она ничего не забыла. Какими он пользовался духами, какую марку футболок и трусов предпочитал; обувь любимый носил сорок третьего размера, хотя у самого был сорок второй, – широкая стопа; брился только триммером, шампунь брал универсальный – использовал его и как гель для душа: у него были самые густые, самые красивые волосы на свете.

Жаль, этот на него внешне почти не походил. Но ничего! Её ребёнок будет похож на Сергея. В этом Марина не сомневалась нисколько.

5

В туалете шумно и накурено. Из одной кабинки доносятся характерные стоны; девчонка справа от Марины засунула голову под кран, пытаясь освежиться; две другие обсуждают коллег.

Никаких котлов – если ад существует, то выглядит именно так – грязная уборная окраинного ночного клуба.

Марина привычным жестом распускает волосы из пучка на голове – длинные волны шалью окутали её плечи. Пальцами она наносит тёмные тени на глаза и бордовую помаду на губы – получилось небрежно. Хорошо, что сейчас это в тренде. Марина делает два шага вперёд и открывает дверь – звук басов и горячий воздух тут же врываются в помещение.

Бородатый бармен улыбается Марине – сложно понять, выделяет ли он её среди других или флирт – всего лишь профессиональная привычка.

В шуме людских голосов и электронной музыки разобрать слова практически невозможно. «Три! Три текилы!» – кричит ему Марина, показывая пять пальцев на руке. Бармен смеётся и тоже поднимает пять пальцев: «Три?» Марина кивает ему.

Пять шотов приземляются на стойку – она пока ещё трезвая, но уже непроизвольно подёргивает оголённым плечом в такт.