Спаси меня, вальс

Земля скромно радуется своим домотканым зеленым одежкам; лето швыряет нам свои фасоны и разрывается, протестуя против привычной нашей сдержанности, как спинка японского кимоно.

Танцуя по комнате, счастливая Алабама одевалась и, ощущая себя очень красивой, думала о том, как потратить деньги.

– Что еще пишут?

– Пишут, что мы замечательные.

– Вот видишь…

– Нет, не вижу, но полагаю, что все как-нибудь утрясется.

– И я тоже… Дэвид, наверно, это твои фрески.

– Естественно, не мы сами, мегаломанка[27 - Мегаломания – мания величия.

Резвясь на утреннем солнце, искристом словно хрусталь Лалика[28 - Имеется в виду Рене Лалик (1860–1945) – французский дизайнер, один из лучших мастеров парфюмерного хрусталя.], они были похожи на двух взъерошенных морских котиков.

– Ох, – вздохнула Алабама, перебирая в шкафу вещи. – Дэвид, ты только посмотри на чемодан, что ты подарил мне на Пасху.

Вытащив плоский чемоданчик из серой свиной кожи, она показала на большое водянистое желтое пятно, обезобразившее атласную подкладку.

– В нашем положении дама не может явиться в город с таким чемоданом.

– Надо позвать доктора… А что с ним случилось?

– Я одолжила его Джоанне в тот день, когда она приехала, чтобы наорать на меня за детские пеленки.

Дэвид издал осторожный смешок.

– Она была очень злая?

– Она заявила, что мы не должны разбазаривать деньги.

– Почему ты не сказала ей, что мы уже все потратили?

– Я сказала.

– А она что? – самонадеянно переспросил Дэвид.

– Она не поверила; сказала, что мы не от мира сего.

– Родственники всегда думают, будто можно прожить, ни за что не платя.

– Больше мы ее не позовем… Дэвид, встречаемся в пять в холле «Плаза»… Как бы мне не опоздать на поезд.

– Ладно. До свидания, дорогая.

Дэвид никак не желал выпускать ее из своих объятий.

– Если в поезде кто-нибудь попытается украсть тебя, скажи ему, что ты принадлежишь мне.

– Если ты обещаешь, что не…

– До сви-да-ни-я!

– Мы ведь любим друг друга?

Винсент Юманс[29 - Винсент Юманс (1898–1946) – автор популярных мюзиклов 1930 годов и многих песен времен Второй мировой войны.] писал музыку для сумеречного послевоенного времени. А сумерки были великолепные.