С любовью, Энтони

Оливия вскрывает конверт и, вытащив книгу, проводит пальцами по гладкой обложке. Она до сих пор обожает это ощущение, которое возникает, когда держишь в руках новую книгу. Эта называется «Трехдневная чудо-диета» некоего доктора Питера Фэллона.

Пфф. Чудо. Ага, держи карман шире.

Раньше она ходила по всяким конференциям и семинарам. «Пожалуйста, многоуважаемый доктор Такой-то, откройте нам тайну. Я верю в вас». Она ходила в церковь каждое воскресенье. «Пожалуйста, Господи, яви нам чудо. Я верю в тебя».

Простите, доктор Фэллон.

Чудес не бывает. Она бросает книжку на пол.

Следующим она берет в руки картонный конверт от Дэвида и долго смотрит на него, прежде чем аккуратно оторвать клапан и перевернуть его.

На колени ей вываливаются три белых, круглых, гладких камешка. Она улыбается. Камешки Энтони. Да еще целых три. Она трясет конверт. Больше камешков нет. Он был бы доволен, что их три, а не один, не два и не четыре. Ему нравилось число три и все с ним связанное. «Три поросенка», «Раз-два-три-беги», «маленький-средний-большой».

Разумеется, он никогда не говорил ей этого словами. «Мама, я люблю сказку про трех поросят». Но она это знала.

Она перекатывает три маленьких камешка на ладони, наслаждаясь их прохладной гладкостью. Когда она закончит разбирать почту, надо будет положить их в стеклянную миску на кофейном столике, где уже лежат еще по меньшей мере пятьдесят белых круглых камешков Энтони. Ее персональный ковчежец в миске.

Энтони, впрочем, его камни в миске на кофейном столике не понравились бы.

Он предпочитал раскладывать их в идеально ровные линии на полу по всему дому. И упаси бог Оливию, наводя порядок, убрать его камешки на место, в ящик у него в спальне. Но иногда она просто не могла удержаться. Иногда ей просто хотелось пройтись по дому, не перешагивая через разложенные повсюду ряды камней. Иногда ей просто хотелось пройтись по нормальному дому. Это всегда была огромная ошибка. Они не жили в нормальном доме. А перемены, даже самые крошечные, никогда не были по вкусу Энтони.

Она заглядывает в конверт и обнаруживает сложенный лист бумаги.

Я нашел их под диваном.

С любовью, Дэвид

Она улыбается, мысленно благодаря его за то, что нашел время послать ей эти три камешка, зная, что они ее порадуют. И за слова: «С любовью, Дэвид». Она знает, что это не пустая формальность и не неискренность. Она тоже до сих пор его любит.

Остальные камешки Энтони лежат в его ящике, который теперь хранится у нее в спальне.