Великий Ван

За этими стадами, в район горы Татудинзы, пришли и тигры, так что на небольшой сравнительно площади, в несколько сот квадратных километров, их собралось несколько десятков.

Среди этих хищников особенно выделялся своей величиной один старый самец, богатырь по сложению, чрезвычайно грузный и массивный. На широком лбу его и на затылке просматривались иероглифы «Ван» и «Да», т. е. «Великий Князь». Ему повиновались все тигры. Жил он одиноко в каменных трущобах Татудинзы, изредка совершая набеги в долину, где паслись многочисленные стада кабанов, изюбрей и коз.

Нередко он овладевал чужой добычей, при чем, хозяин, будь то старый почтенный тигр, или тигрица, молчаливо уступали ему дорогу, предоставляя своему владыке право на свое не только движимое, но и недвижимое имущество, так ему уступалась и пещера, им облюбованная. Власть его была не ограничена, и он спокойно принимал все знаки почтения к себе и уважения, как нечто должное.

При встрече с ним, все его подданные сходили с дороги и почтительно в сторонке ожидали его прохода.

Сознавая свое превосходство над всеми обитателями тайги, он был очень важен и медлителен; все движения его были полны достоинства и величия. Вся его могучая фигура олицетворяла грозную силу и непреклонную волю.

Не боясь присутствия человека, он не уклонялся от встречи с ним, но не причинял ему никакого вреда, презирая его, как более слабое существо. При встречах с охотником и звероловом, он продолжал свой путь спокойно, не моргнув глазом, как будто никого и не было.

Местные таежники знали его уже много лет и воздавали ему божеские почести, ставя на горных перевалах в честь его кумирни, с надписями, обозначающими молитвенное обращение к владыке гор и лесов, с целью его умилостивить и задобрить. Великий Ван знал, каким влиянием пользуется он среди людей и, видя страх и ужас, им внушаемый, вел себя соответствующим образом и не обращал никакого внимания на представителей рода человеческого, попадавшихся на его пути. Он совершенно пренебрегал ими, как добычей, и игнорировал, как врагов.

Всегда сытый и довольный, он был в хорошем расположении духа и в буквальном смысле слова царил в тайге, не встречая нигде преград проявлению своей власти. Местные старожилы звероловы насчитывали ему около полусотни лет и знали его родословную до третьего колена.

Отец его, великолепный корейский тигр, умер от старости на вершине священной горы Бай – тоу-шань (по-корейски Пакту-сан), в пещере Великого Духа Дракона.