Анна, Ханна и Юханна

 – Рагнар, Рагнар, мальчик мой, где ты? Ты свободен, ты наконец свободен от зла.

До смерти напуганный Йон бросился к жене, которая побежала вниз, к озеру, крича:

– Я свободна! Рагнар, мы освободились от этого ужаса. Теперь отец твой горит в геенне огненной.

Повернувшись, она кинулась к дому, но поскользнулась на пригорке и беспомощно упала на спину. Юбка задралась на голову, обнажив все ее прелести, но Ханна этого не замечала, стыдливость покинула ее. Она сорвала юбку с головы, но лишь для того, чтобы протянуть к небу сжатые кулаки.

– Я никогда тебя не прощу, проклятый Бог, если ты простишь его. Ты слышишь меня, ты слышишь?

Она вдруг притихла, оправила одежду, легла на бок и, свернувшись, как младенец, калачиком, горько расплакалась. Бруман подошел к ней, присел рядом и принялся гладить ее по голове, а она, шмыгая носом, шептала:

– Ты же знаешь, я плачу только от радости.

– Еще бы, конечно, знаю, – сказал Бруман. Он долго молчал, потом снова заговорил: – Я не знал, что тебе было так тяжело.

Слезы мгновенно высохли, и Ханна произнесла звонким, уверенным голосом:

– Вы, Йон Бруман – добрый человек, и вы один можете понять любого.

Он долго молчал, прежде чем ответить.

– Ты ошибаешься. Я очень радовался, когда умер мой отец.

Слезы Ханны окончательно высохли. Она села, вытерла лицо и удивленно посмотрела на мужа:

– Так, значит, мы похожи – вы и я. Ну, во всяком случае, хоть немного.

Она впервые за все время их супружества смотрела ему прямо в глаза – и не отвела взгляда до тех пор, пока он не ответил: «Да, вероятно, что так».

Только теперь он заметил, как она замерзла, и сказал: «Пошли скорее в тепло, пока ты не простудилась». Она послушно встала, а придя на кухню, первым делом вымыла руки и лицо. Потом она подошла к зеркалу в зале и долго стояла перед ним, рассматривая свое отражение.

– Вот теперь я похожа на довольного жизнью человека, – сказала она после долгого молчания. Она вдруг спохватилась и покраснела от стыда. – Где мальчик?

– У кузнеца, играет.

– Это неплохо.

– Да, это хорошо.

– Я вела себя как помешанная. – Голос ее дрогнул.

– Хорошо, что ты от всего этого избавилась.

К его удивлению, жена поняла, что он сказал, и согласилась:

– Все равно это было лишнее. Вы просто не говорите…

– А вот это уже глупо, – сказал он.

В следующую секунду в дом влетел мальчик и закричал, что кузнец сказал, будто Рикарда из Люккана застрелили в лесу.

– Это не так, – решительно возразил Йон Бруман.