Давид Сасунский. Армянский эпос в пересказе Сергея Махотина

– Человеческой?! – ахнула Цовинар. – Большой грех возьмёшь на свою душу, Халиф, если даже бездомного ребёнка убьёшь!

– Не бездомного, Цовинар. Хотят они твоих сыновей, Санасара и Багдасара, за то, что помогли мне идолы спастись от врага.

Говорит ему Цовинар-хатун:

– Ты – муж мой. Значит, мои дети – и твои тоже. Если решил их зарезать – что ж, твоя воля. Да только не увидишь ты больше ни Санасара, ни Багдасара. Покинули они твои владения, Халиф, и где они сейчас – даже мне неведомо.

Крепость у родника

Четверо суток прошло с тех пор, как сыновья Цовинар-хатун сели в седло.

Четверо суток гнали они коней и, наконец, доехали до пределов другой страны.

Спешились они на берегу большой реки, вытекавшей из горного ущелья. Смотрят: сбегает с высокой горы небольшой ручей, впадает в реку, но не теряется в ней. Светлый прозрачный след от ручья наперекор течению пересекает речной поток и упирается в другой берег.

Удивился Багдасар:

– Никогда я ничего подобного не видел! Что же за сила такая в этом ручье, если и течение реки слабей его тонкой струи?

– Знать, из богатырского источника берёт начало ручей, – сказал Санасар.

 – Кто доберётся до него и отведает его студёной воды, станет сильнее всех на земле. Кто дом построит возле источника и сына родит, у того и сын будет силён, и внуки сильны, и дети внуков тоже. Поклянёмся же, Багдасар, хлебом, вином и верой в Господа нашего, что отыщем богатырский источник! Воздвигнем там дом себе. Вода нам силу дала, вода её и умножит. Никто не сможет нас с тобой одолеть!

Согласился Багдасар:

– Пусть будет, брат, как ты сказал.

Пошли близнецы вдоль узкого русла ручья. Всё выше и выше забирались в горы. Шли и днём и ночью. Продирались сквозь густые заросли. Карабкались на отвесные скалы. Перепрыгивали через бездонные расщелины, уворачивались от снежных лавин и горных обвалов.

Ни разу не встретился им человек. Слышали они рёв медведей, вой шакалов, тявканье лис. Лишь дикие звери обитали в этих краях, полюбившихся братьям своей суровой красотой.

Наконец, отыскали они небольшой ключ, дающий начало чудесному ручью, и впервые за много дней утолили жажду.

– Тут и построим себе дом, – сказал Санасар. – Ты, брат, возьми стрелы и лук и подстрели что-нибудь на ужин. А я пока поработаю.

Каждый день с утра до полудня Багдасар охотился и всякий раз возвращался, увешанный крупной дичью. Санасар межи обводил, таскал каменные глыбы для основания будущей крепости.