Никола зимний

Колян не раз видел, как они подолгу разговаривают возле школы. Осмелился, подошел и зачем-то поздоровался.

– Да вроде виделись на переменке, – удивился Тулуп.

– На всякий случай, думал, что не заметил меня.

– Это он может, постоянно в своих фантазиях витает, – засмеялась Юлия, потом хитренько взглянула на него и добавила: – С какой стати десятиклассник на восьмиклассника должен внимание обращать?

– Да он всего на два месяца старше меня, – буркнул Колян, и как-то по-дурацки получилось, словно оправдывался или доказывал, что они ровня.

И с кем, с Тулупом, которого всегда считал ниже себя!

– Так ты у нас второгодник, оказывается. А я удивлялась – такая дылда, а всего лишь в восьмом классе.

– Не твое дело, – огрызнулся он и, круто развернувшись, пошел, но не в сторону дома, как собирался, а в противоположную, успев услышать за спиной девичий смех и удивленный голос Тулупа.

– А чего это он?

Приятель недоумевал, а Юлия все поняла, да и как не понять, если сама хотела окоротить. И Тулуп хорош, друг называется, слушал и ухмылялся.

Забыл, сколько раз за него заступались. Да без него деревенские пацаны давно бы заклевали недотепу.

В новогодние каникулы учительнице привезли дрова. Три дня ходил, присматривался к сваленной у забора куче сосновых чурок, потом подкараулил мать Юлии возле калитки и предложил:

– Татьяна Робертовна, давайте я вам дрова поколю и уберу, а то прямо на дороге валяются, растащить могут.

– Мне вроде обещало начальство, да что-то не торопится.

– Обещанного три года ждут.

– А тебе не тяжело?

– Да мне в удовольствие. Дома на всю зиму заготовил, пока отец в тайге.

– Ну, если в удовольствие, буду благодарна. Только на пятерки по блату не рассчитывай.

– Да нужны мне эти пятерки, я и на тройках до конца года доеду.

– Только до конца года, а потом?

– Работать пойду, и в тайгу хочется, там интереснее.

– Может, ты и прав, занятие для настоящего мужчины. Подожди, я топор вынесу.

Он придирчиво осмотрел топор и забраковал:

– Слабенький, и топорище расхлябанное.

Сразу видно, что мужика в доме нет.

– Так уж получилось.

– Не переживайте. Я домой сбегаю и свой принесу, тут рядом.

Колоть дрова он любил и умел. Особенно ему нравилось, когда чурки разлетались с одного удара. Хотелось, чтобы Юлия вышла и посмотрела, как ловко у него получается. Но она не выходила. Татьяна Робертовна догадалась, о чем он думает, и сказала:

– Юля у меня приболела, пойду чаем с малиной отпаивать.