Сквозь время. Морские вороны

Полотно было заказано Рафаэлю на тему „Торжество Вакха“. Однако Рафаэль умер в 1520 году, успев написать лишь предварительный рисунок, и заказ был передан Тициану. Сюжет был взят из произведений древнеримских поэтов Катулла и Овидия. В 1806 году картина попала в Великобританию и упомянута в стихотворении Джона Китса „Ода соловью“ (1819).»

Полный мужчина с длинными чёрными дредами спросил: «А эта картина реставрировалась?»

«Отличный вопрос!» Даниэль обожала, когда люди на экскурсии участвуют в ней.

«Полотно было дважды свёрнуто в течение первого столетия после написания, что привело к катастрофическим для картины последствиям. В 1806 году картина попала в Великобританию и, начиная с конца XIX века, постоянно реставрировалась для остановки опадения краски с холста. Реставрация в 1967—1968 годах, проводившаяся в Лондонской национальной галерее, когда был снят верхний слой побуревшего от времени лака, привела к тому, что краска стала также сходить. В результате потребовалась дополнительное закрашивание, что изменило на значительной площади цвет неба. Снятие лака критиковалось также за то, что это изменило изначальный цветовой замысел Тициана, но галерея заявляет, что это было необходимо из-за разрушения лакового покрытия» Мужчина улыбнулся и кивнул Даниэль в знак благодарности. «И напоследок пройдёмте к картине „В лесу графини“ Картина Шишкина. „В лесу графини Мордвиновой“ раскрывает нам вечерний лес, в глуши которого сгущаются сумерки. В глубине этого дремучего леса мрак, ощущается некая таинственность среди удаляющихся в темноту еловых деревьев. В сочетании контраста передний план картины более освещен, художник мастерски передал различные оттенки зеленой растительности, заросших мхом и лишайником пеньков и оснований деревьев. То там, то здесь раскиданы пересохшие ветки и проглядываются обнаженные корневища деревьев, чувствуются запах еловой смолы, преющей насыщенной влагой старой травы и мха. На поляне, рядом с могучими стволами, мы видим молодые елочки, наверное, им будет трудно прорости и прорваться к солнечному свету среди могучих деревьев. Всю тишину и покой этих лесных дебрей, нарушает одинокая фигура по виду пожилого и бородатого лесника, остановившегося неподалеку и задумавшись о чем-то своем житейском.