Избранные речи

(2) И вот теперь, заключив мир с афинянами и не встречая уже ни с чьей стороны препятствия, он прошел через Пилы и разгромил народ фокидян и заставил остальных греков передать ему место фокидян в союзе амфиктионов и голоса их в Совете. После этого он отправил послов и к афинянам, предлагая и им признать это постановление. Демосфен и советует уступить ему; но он поддерживает это требование не потому, чтобы признавал его правильным; он считает даже несправедливым, чтобы македонянин участвовал в греческом Совете, но он высказывает опасение, как бы афиняне не оказались вынужденными вести общую войну против всех греков.

Он напоминает, что другие греки по разным причинам настроены враждебно по отношению к афинянам; поэтому они все сообща и начнут войну общими силами, если мы, – говорит он, – своими действиями дадим всем им одинаково основание обвинять нас, раз одни пойдем против постановления амфиктионов. Вот почему выгоднее, по его словам, соблюдать мир, – особенно когда Филипп уже прошел через Пилы и имеет возможность вторгнуться в Аттику, – чем по незначительному поводу навлечь на себя такую большую опасность.

(3) Мне кажется, что эта речь была только подготовлена, но не была произнесена. Дело в том, что оратор в обвинительной речи против Эсхина среди разных преступлений ставит ему в вину и то, что он выступал с советом принять Филиппа в члены амфиктионии, тогда как никто другой не решался этого предложить, даже Филократ, наиболее бессовестный из всех. Конечно, если бы он сам подал такой совет, он не обвинял бы за это самое Эсхина, но, очевидно, он побоялся подозрения, чтобы не подумали, будто он держит сторону Филиппа и будто высказал такое мнение, подкупленный деньгами царя, так как и в данной речи он, по-видимому, отвечает на какое-то подозрение подобного рода, стараясь показать свою преданность отечеству и неподкупность.

Речь

(1) Как я вижу, граждане афинские, теперешнее положение дел вызывает большое беспокойство и тревогу не только потому, что многое у нас потеряно и что совершенно бесполезно говорить об этом хорошие речи, но еще и потому, что даже и насчет оставшегося у нас все мы расходимся во взглядах на то, какие меры были бы полезны в каждом отдельном случае, но одни представляют их себе так, другие – иначе.

(2) Однако, если вообще по самой природе утомительно и трудно обсуждать дела, то еще в гораздо большей степени сделали это трудным вы сами, граждане афинские.