Неизбранная

Я украла его у разбойников и случайно назвала девчонкой, так что он вполне справедливо меня невзлюбил.

– Ой-ой. Надеюсь, ты сможешь загладить вину перед ним и вы станете друзьями!

– Конечно, – выдыхаю я. – Ты уверен, что разбойники ускакали именно в эту сторону?

Листовик хмурится:

– Мне так кажется. Но я не хочу подводить свою попутчицу, – он хватается за подвеску с глазом. – Не волнуйся, попутчица, у меня есть идея! Я мигом доставлю тебя к разбойникам. – Фемус резко останавливается и копошится у себя на груди.

Что он делает? Я подаюсь вперёд. Даже лось разделяет моё любопытство. Большими пальцами Фемус с трудом поворачивает маленький вороток на подвеске. Она визжит и дребезжит, расширяясь, словно подзорная труба. Из неё начинает сочиться какая-то пузырящаяся жижа. Испарения от этой жижи щекочут мой нос и глаза. Когда, наконец, подвеска вздрагивает и замирает, я замечаю, что глаз Фемуса внутри увеличился в два раза.

– Я могу видеть очень далеко благодаря расширителю! – ухмыляется Фемус, размахивая подвеской.

Я пригибаю голову, когда она пролетает над моей макушкой.

Это на самом деле очень здо?рово.

– И что ты видишь?

– Пока только очень много листьев! И несколько красивых птичек! Погоди-ка, – кряхтя, Фемус расширяет глаз ещё немного. – В небе кто-то есть!

Лось скептически фыркает. В кои-то веки я с ним согласна:

– Фемус, люди не летают.

– Но я правда кого-то вижу! – листовик указывает на сосновые иголки над нашими головами. – Она сидит в небе.

Она выглядит расстроенной, и ещё она много двигается. Её тело опутано верёвками.

Я свожу брови.

– Звучит так, будто кто-то угодил в сеть. – Я сощуриваюсь и прикрываю глаза ладонями от тёплого солнечного света. Ух ты! Вдалеке действительно виднеется крошечная сеть. Бледные верёвки отчётливо выделяются на фоне гладких тёмных стволов сосен.

Насколько я знаю, разбойники никогда не сажали людей в сети. Правда, они и деревни никогда не жгли, теперь от них можно ждать всего, что угодно.

Даже если она и не пленница разбойников, мы всё равно должны ей помочь. Так будет правильно.

– Тогда давай спасём её.

– Ура! Самое настоящее человеческое приключение с моей приятельницей-путешественницей! – От радости Фемус почти переходит на визг. Лось, прижимая уши к голове, страдальчески кряхтит.

– Хорошо-хорошо, – улыбаюсь я. – Ты проводишь меня к ней?

Листовик кивает и устремляется глубже в лес. Приходится бежать, чтобы не отстать от него.