Неизбранная

Не снова, не сейчас.

Я наскакиваю на Фиби. Она легко отклоняется и с рычанием отступает назад. Я пытаюсь ударить её по ногам. Но она, зевая, отпрыгивает в сторону:

– Ладно, Матео, пора с этим кончать.

Чёрные кудри Матео и его серебряный нож стремительно приближаются ко мне. Я неудачно уклоняюсь, и Фиби выбивает меч из моей руки.

Матео прижимает меня спиной к дереву и приставляет нож к горлу. Фиби и Барак заходят слева и справа, не спуская с меня глаз.

– Последние слова? – смеётся Матео, сильнее прижимая нож к моей шее, так что кожей я чувствую гравировку и налипшую на лезвие грязь.

Я шарю глазами по сторонам. Должен быть способ бежать. Всё не может закончиться здесь. Неужели я и правда настолько бесполезна, как обо мне думает Кора?

– Я жду, – настаивает разбойник. Кажется, выхода нет…

С глухим стуком чёрный предмет врезается в затылок Матео. Глаза парня закатываются, и он оседает на землю. Позади него довольно ухмыляется девчушка-пленница.

– Ты дурак! – шипит Фиби на Барака.

 – Ты должен был следить за девчонкой!

Барак проводит рукой по волосам:

– Ты мне об этом не говорила!

– Аргх, мужчины, – рычит она. – Не важно. Нас всё ещё двое. Мы легко справимся с глупыми детишками…

– Кийя! – Фемус выбегает на поляну с огромной палкой наперевес. – Не смей обижать мою попутчицу!

– Листовик! – вопит Барак, когда Фемус издаёт очередной боевой клич. – Эти твари опасны!

Лицо Фиби побледнело.

– К чёрту. Барак, хватай Матео. Уходим отсюда!

Я вцепляюсь в руку разбойницы:

– Ты не можешь уйти! Я должна победить тебя!

Фиби грубо сбрасывает мою руку со своей, отправляя меня по спирали в дерево.

И почему меня всё время толкают в деревья?!

– Ах, какая жалость, – выплёвывает она, пока я валяюсь на земле. Разбойники седлают лосей и исчезают в лесу, прихватив с собой бездыханное тело Матео.

Глава 8. Я умираю. Кто бы мог подумать?

Как только чёрные разбойничьи лоси исчезают за деревьями, я медленно поднимаюсь на ноги.

Липкая тёплая кровь стекает по руке и капает с кончиков пальцев, перед глазами всё расплывается. В следующее мгновение я снова заваливаюсь на спину.

– Не волнуйся, попутчица! – воркует Фемус, поглаживая меня по плечу. Он отбрасывает палку в сторону, от волнения его уши быстро хлопают вверх и вниз.

– Подшруга тшвоя шлишком много крови потшеряла, – замечает девчушка-пленница, указывая на мою руку. Из-за сильного акцента кажется, словно она шепелявит.