Неловкие моменты

И да, мой отдел личных сообщений там – это бескрайняя свалка пиар-посланий. «Здравствуйте, Мирослав!»

Как-то я написал в Facebook раздраженный статус о том, что я бы предпочел получать сообщения по работе на рабочую почту. И что бы вы думали? На следующий день число писем Мирославу нисколько не уменьшилось. Потому что эти засранцы не только заваливают тебя своей ерундой – они еще и не читают тебя!

Внимательность

Пишу чуваку, что у него на афише допущена ошибка в имени хедлайнера. «Спасибо, Мирослав!» – отвечает он.

Это как в недавнем диалоге:

– Добрый день, Мирослав!

– Я Милослав.

– А я Павел!

– Очень приятно, Павел!

– И мне, Мирослав!

Или вот звонит женщина:

– Это Мирослав Чемоданов?

– Это Милослав Чемоданов.

– Я не туда попала?

– Нет, неправильно произнесли мое имя.

– Ой, простите. Мисо-что?

Где же он?

В больнице все обращаются к тебе по фамилии. Понятно, что это они просто чтоб не запутаться – а то прооперируют еще кого другого, – но все равно непривычно, когда тебе вместо «Здрасьте!» каждый сразу: «Чемоданов!»

Говорю медсестре: «А почему не называть меня Милослав?»

– А кто такой Милослав?

– Я – Милослав.

– А где Чемоданов??

Мило

Очень любят поиздеваться над моим именем сотрудники аэропортов. Одна сотрудница аэропорта очень долго смотрела в мой паспорт, после чего вернула его с комментарием «Мило».

Еще похожий диалог:

– Как вас зовут, еще раз?

– Милослав.

– Хм. Миленько.

Зато как-то раз мы с моим другом Тряпочкиным специально протормозили в аэропорту, пока не услышали победное «Пассажиры Тряпочкин и Чемоданов, пройдите на посадку!».

MyLove

Правильно произнести мое имя для американцев даже сложнее, чем для русских. Я уже в общем привык, что в Штатах меня зовут Майло, как собаку из «Маски», но тут водитель «Убера», встречая меня, неуверенно пробормотал «Май… Лав»?

Говно и масло

Бывает, ищешь ты сахарницу пять минут, а она – вот – на столе все время стояла.

Или вот видишь ты человека, который говном себе бутерброды намазывает и говоришь: «Ты не прав. Надо не говном. Надо маслом». Делаешь ему все по-человечески, причем старательно так, с сознанием своей значимости – что вот ты мол научил бедолагу, как правильно, и вот заживет он теперь! И упускаешь одну крохотную, может быть, но такую очевидную вещь: он просто искренне любит говно.