Дневник незнакомца

Только один ребенок смотрел на нее с опаской и не решался к ней прикоснуться – ведь могло так оказаться, что летала она по его воле.

Эти явления лежат порой в основе процессов над поэтами. На процессе Жанны д’Арк штаб заручился поддержкой епископа, который, отбросив возможность чуда, выдвинул версию колдовства и потусторонней силы. Жанна в большей степени жертва этого обвинения, чем внешнеполитических интриг.

Редкие явления, о которых пишет Тизане, влекут за собой массу расследований, несправедливых наказаний и загородных убийств.

Трудно поймать преступника, который действует окольными путями и творит, что ему взбредет в голову. Все начинают подозревать друг друга и, так как невозможно свалить вину на что-то, ее сваливают на кого-то.

О преступной невинности

Я бы предпочел услышать, что вы признаете себя виновным. За виновного хоть знаешь, как взяться. Невинный ускользает. От него одна только анархия.

    1-я версия сцены с Кардиналом и Гансом, акт 2, «Вакх»

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Вы обвиняетесь в том, что невиновны.

Признаете ли вы себя виновным?

ОБВИНЯЕМЫЙ: Признаю.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Совершили ли вы какое-нибудь преступление, оговоренное законом?

ОБВИНЯЕМЫЙ: Я никогда не творил добра.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Это не облегчит вашей участи. Добро не судят. Оно не относится к области юриспруденции. Правосудию интересно только зло, да и то, повторяю, лишь в определенной форме. Итак, по вашему собственному признанию, вы творили зло, хотя и неявно, но это не умаляет вашей вины.

Не ищите оправданий! У нас есть свидетели и доказательства. Повинны ли вы в убийстве, краже, клятвопреступлении?

ОБВИНЯЕМЫЙ: Нет, но…

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Вот вы себя и выдали.

    «Газет де Трибюно»

В 1940-м, в Эксе, в период эвакуации, я познакомился с одной молодой четой, которая близко знала семью, давшую мне приют. Все они были врачами. Доктор М., в доме которого я устроился, жил в городе. Доктор Ф. с женой – в маленьком домике у дороги, позади которого полоса фруктовых садов и огородов постепенно переходила в поля.

Когда-то дом принадлежал родителям молодой женщины, а те унаследовали его от своих родителей и так далее. История уходила так далеко в глубь веков, что дом, учитывая наше ненадежное время, воплощал собой идею непрерывности, которой трудно найти аналог.

Нам часто случалось общаться и ужинать друг у друга в гостях.

Молодая женщина вызывала во мне любопытство. От малейшего дуновения ее красота и веселость меркли.