Прости, брат

Михалыч, выйдя из машины, помог открыть дверь и подал руку пожилой женщине.

– Да ну тебя, – смущённо сказала Валя, выбираясь из душного салона и придерживая живой кулёк. – Что я, девочка, что ли?

– Я помочь хотел, – опешил водитель, отодвинувшись в сторону.

– Я ещё не такая и старая, чтобы мне помогать, – недовольно произнесла женщина, расхаживая замлевшие ноги. – И машина у тебя… – с негодованием посмотрела на Михалыча, а затем – на старенький жигуль, – гроб, ей-богу. Там и то попросторнее будет.

– А Вы откуда знаете? – расхохотался Коля, выставив ноги на свежий снег. Ботинки сразу провалились на сантиметров пять, намочив низ штанин единственных брюк, предназначенных для выхода в люди. – Ну вот, – вышел и оценил снежные завалы вокруг дома. – Неделя уйдёт на уборку.

– Если не валяться на диване – и за один день можно управиться, – сующая во всё мирское огромный нос с омерзительной, выпуклой бородавкой, Валентина поспешила в дом, дабы не застудить мальчонку. – Калитку мне кто-нибудь откройте! – крикнула она, когда не смогла дотянуться до деревянной щеколды.

На помощь прибежали Ира и Алёша. Открыв маме калитку, Ирина хотела забрать ребёнка, но она не позволила.

– Лучше мне дверь в дом откройте, – прижала к себе сонного внука. – Старый хрыч спит, наверное. Хоть бы в окно посмотрел, бестолочь.

Это она так о муже отзывалась, который рвался поехать в роддом, но его не взяли, потому что места в машине и так мало.

Через минуту новый член семьи уже лежал на диване в развёрнутом виде и с вытаращенными чёрными глазами, раскинув неуправляемые ручонки, пальцы которых непроизвольно то оттопыривались, то складывались в кулачок, в стороны.

– А у него зубы есть? – не успев переодеться, Алёша присел с краю дивана и потянулся к братику, чтобы заглянуть в открытый рот.

– Не трожь! – грубо одёрнув ребёнка, бабушка оттолкнула Алёшу и заняла его место. – Руки надо помыть.

Алёша послушно отправился в кухню – мыть руки после улицы.

– Мам, что ты его шпыняешь? Потрогал бы, ничего страшного, – ощупывая левую грудь, Ирина не сводила глаз с пухленького малыша. – Кормить пора, – приготовилась взять ребёнка и унести в другую комнату, чтобы покормить, но бабушка и тут встряла.

– Сначала обмыть надо, – неаккуратно подхватив полуголого мальчонку, отпрыгнула в сторону, – неизвестно ещё, какие руки его там трогали.

– Там всё стерильно, – убедительно сказала Ира, – роддом всё-таки.