Лекарство

Им вторил экран небольшого телевизора – очередным эпизодом дешевого отечественного сериала про криминальные разборки. Кто-то из предыдущей смены включил, а новая смена забыла выключить, когда круговорот ежедневных событий оставил в голове только мысли и действия, касающиеся исполнения своих обязанностей.

Катя Холодова включила погашенный санитаркой после вечерней уборки свет и, пройдя за один из рабочих столов, устало опустилась на стул. Стоящий напротив монитор компьютера, переведенный в режим ожидания, своей плоской черной поверхностью скудно отражал все то, что располагалось перед ним.

Сейчас в нем можно было разглядеть усталое лицо, обрамленное коротко подстриженными волосами, выкрашенными в черный цвет, который надежно скрывал седину.

И это всего лишь в тридцать лет.

Надо менять эту чертову работу. Хотя сейчас в ней больше говорит усталость, чем здравый рассудок. Надо отдохнуть и со следующей смены можно начинать заново. Да и куда она уйдет? В бизнес, что ли, как советовали по телевизору? Она в нем вообще ничего не смыслит.

По экономике у нее еще в школе была еле натянутая тройка. Да и, к тому же, чтобы заняться бизнесом, пусть и малым, должен быть хоть какой-то стартовый капитал. Без него никуда.

Чтобы начать делать деньги, нужны эти же самые деньги. Замкнутый круг, разорвать который может только кредит в банке, который, опять же, ей никто не даст из-за ипотеки, которую она старается погасить, вкалывая на двух работах. Да и не хочет она расставаться со званием врача.

Все-таки эта должность все еще имеет хоть какую-то значимость в глазах старшего поколения. И она столько лет шла через тернии к звезде своей детской мечты…

Жаль только, что детским мечтам не суждено полностью сбыться. Реальность, как это часто бывает, оказалась на порядок страшнее.

Нет. К черту! Уходить она никуда не будет. Нужно просто немного перевести дух. Или выпить кофе. Или хотя бы снять уже эти линзы.

В голове вновь промелькнула мысль о том, что неплохо бы наконец смириться и перейти на очки.

Но она к ним уже так привыкла. А очки портят весь образ, старят на добрый десяток лет.

Взгляд покрасневших глаз непроизвольно остановился на станции слежения. Один из транслирующих показатели мониторов выделялся на фоне других своей чернотой. Еще десять минут назад, когда Катя была в одном из блоков, этот темный провал высвечивал прямые линии и цифры, близкие к нулю.