Лекарство

Увидеть, а уж тем более услышать сына в двадцать первом веке – не проблема. Надо отметить, что Антон находил время ежедневно писать смс или созваниваться с матерью. За все годы обучения он делился с ней своими неудачами и успехами. В том числе и знакомством с замечательной девушкой Ирой.

Будучи на пару лет старше, Ирина уже работала в одной частной фирме, позволяющей ей в столь ранние годы быть вполне независимой от родителей. Впрочем, это обстоятельство никак не сказывалось на ее прошлой жизни.

Мать и отец не торопились предлагать дочери обустроить собственный быт, наслаждаясь свободными часами и днями, проводимыми в тесном семейном кругу. Когда же, после полугода общения и свиданий, было принято решение об официальной регистрации их чувств, Ирина первой предложила съехать от родителей на съемную квартиру.

– Я нашла очень дешевый вариант, – с энтузиазмом говорила она, сидя утром на родительской кухне и помешивая ложечкой чай. – Маленькая однушка. Будет, конечно, тяжело, но мы справимся.

Зарплаты и твоей стипендии, по идее, должно хватить. В крайнем случае, возьму подработку. Тем более что скоро учеба твоя закончится. Двум хозяйкам на одной кухне не место. И вообще, так будет лучше, в первую очередь – для тебя.

С этим доводом трудно было не согласиться, и с того времени молодая ячейка общества начала обустраивать свой собственный быт, привнося в него сформированные за время холостяцких лет правила и добавляя к ним новые, создаваемые совместно.

Одной из таких вот старых привычек было неукоснительное правило Антона ежедневно писать или звонить матери. С этой его привычкой поддерживать ежедневную связь с Людмилой Сергеевной и было связано появление прозвища, ставшего вторым именем Антона. Все началось с того, что во время очередных летних каникул он по совету Иры решил ознакомиться с советской фантастикой. Девушка порекомендовала ему одну книгу, произведшую на нее саму весьма сильное впечатление. Переселив несколько скучное, по его мнению, начало, Антон проглотил произведение за один присест, перелистнув последнюю страницу уже глубокой ночью, когда лежащая рядом Ира тихо сопела, уткнувшись в его плечо.

И еще долго он лежал, уставившись в потолок и переваривая то, что сейчас прочитал, пока пробегающие полоски света на потолке и стенах, оставляемые проезжающими за окном редкими автомобилями, не стали бледнеть на фоне рано светлеющего летнего неба.