Моё Сердце победит

 пер.] я начала испытывать странное ощущение. Оно было гораздо сильнее обычного возбуждения, которое я чувствовала перед отъездом в Меджугорье, и – что ещё более удивительно – проявлялось в отчётливом желании пребывать в молитве.

Я уходила и молилась в тишине, воздерживаясь от привычных юношеских занятий – прогулок с подругами и разговоров в кафе. Моя мама забеспокоилась, потому что моё поведение казалось ей странным и несвойственным для шестнадцатилетней девушки.

Я училась в одной из лучших гимназий города.

В перерывах между уроками, пока мои одноклассники болтали в коридорах, я убегала в старую православную церковь рядом со школой. Большинство моих католических друзей избегали православных храмов, но мне она служила чем-то вроде тихого убежища.

Там всегда было безлюдно, прохладно и пахло выдержанным вином и ладаном. Каждый день я зажигала свечу и молилась в умиротворяющей тишине, стараясь понять, что же со мной происходит. Необычное ощущение нарастало с каждым днём, и к концу учебного года я проводила в молитве больше времени, чем когда-либо ранее.

Когда наступил долгожданный день отъезда в Меджугорье, мне уже казалось, что всё происходит не со мной, что я смотрю фильм про чью-то жизнь. Почему я так странно себя чувствовала?

Папа провожал меня на поезд до Мостара и не мог не заметить моего смятения. Как обычно, он плакал, прощаясь со мной, но в этот раз даже попросил меня передумать и не ехать. «Папа, всё будет хорошо. Не волнуйся», – сказала я, обняв его.

Заняв своё место в поезде, я ощутила какое-то смутное предчувствие. Предчувствие чего? Я не знала. Я всегда с нетерпением ждала встречи с друзьями и родственниками в Меджугорье, но в этот раз чувство было иным, гораздо более интенсивным. Мне казалось, будто я стою на краю неизвестности и вот-вот в неё упаду. Я смотрела в окно на остающиеся позади окраины Сараево. Поезд ехал на юг вдоль реки Неретвы, бирюзовой нитью вьющейся между вершинами Динарского нагорья. Что со мной происходит? И почему я теперь постоянно хочу молиться?

Покрытые туманом скалы уступили место бескрайнему Адриатическому морю, а затем поезд, миновав туннели и арочные мосты, добрался до станции Мостар, где меня ждал дядя Шимун.

А ещё через несколько дней после начала меджугорских каникул я получила ответ на все свои вопросы – причём такой, какой и представить себе невозможно.

Утром 24 июня 1981 года я проснулась с улыбкой на лице. В тот день был праздник Св.