Римская сага. За великой стеной

Лаций ничего не слышал, так как вокруг было много слуг, каждый из которых теперь сам хотел постоять на его маленьком мосту, а бедные Зенон и Лукро вынуждены были стараться изо всех сил, чтобы удержать доски в неподвижном состоянии. Ханьцы радовались и смеялись, как дети, но Лаций чувствовал, что это было ещё не всё. Подтверждение пришло чуть позже.

ГЛАВА IV. РАЗГОВОР С ЧОУ ЛИ

Остаток дня прошёл в полной тишине. Римляне лежали, как пустые, пыльные мешки, брошенные на дороге за ненадобностью. Ближе к вечеру их отвели за город, к реке.

Это была настоящая награда для их грязных, измученных тел. По дороге Лаций заметил, что оттуда в город постоянно двигались десятки повозок с бочками. Судя по всему, воду в город возили только так. Это было очень странно. И ещё в этом городе не было видно клоак, хотя он явно был очень большим. Всё сливалось в канавы возле домов или в большие ямы. Потом босоногие бедняки выносили их оттуда вёдрами.

Когда они вернулись в город, было уже темно. У навеса виднелись носилки и два десятка слуг.

Сердце Лация вздрогнуло, когда он заметил их. Это была Чоу Ли. Не дожидаясь, когда за ним придут стражники, он, с трудом удерживая цепь с шаром, подошёл ближе и назвал себя. Изнутри раздался женский голос, и носильщики отошли в сторону.

– Здесь сегодня был брат императрицы. Страшный Ван Ман, – устало вздохнув, произнёс он так, как будто они продолжали давно начатый разговор.

– Я знаю. Весь двор знает. Но это ничего не меняет. Император пока не изменил своего решения.

Он ещё не знает, что брат императрицы был здесь.

– Все знают, а он – нет! Странно как-то…

Чоу сказала, что брат императрицы – скрытный человек. Он не любит делиться своими мыслями ни с кем, кроме сестры. Император весь день провёл со своими наложницами в дальнем саду во дворце, поэтому его никто не видел. Вечером жена императора вызвала старшего евнуха и приказала завтра подготовить её выход за стены дворца.

– Сюда? – спросил Лаций. – Значит, она говорила с братом?

– Да, – подтвердила Чоу.

– Конечно! Она специально послала его к нам. Проверяла.

– Наверное, ты прав. Но теперь она хочет увидеть всё сама. С ней будут жёны министров. Если они расскажут о картинах своим мужам, те могут убедить императора…

– Чоу, я сделаю всё, что от меня зависит. Ты же сама говоришь, что он ничего не знает. Он был с ними. Значит, они важнее всех остальных. Даже важнее жены!

– Ты что! Не надо так говорить. Не надо. Река Хуанхэ течёт медленно.