Римская сага. За великой стеной

Сильные руки подхватили его и подняли на ноги. Оставалось всего несколько мгновений. – Твой император убьёт тебя. Ты ослушался его. Я это знаю. Выше императора никого нет, – его потянули назад, и он уже на ходу бросил последние слова: – Вспомни, У Цзы казнил своего храброго воина. Храбрый воин нарушил его приказ, сразился с врагами и убил двух воинов. Но У Цзы сказал: «Надо слушать приказы», и храбреца убили, – Лаций сам не знал, почему вспомнил этот рассказ Чоу Ли, но молодой генерал вдруг поднял руку и приказал своим людям остановиться.

– Ты хитрый. Чем ты можешь мне помочь, луома рен[6 - Римлянин (кит.).]?

– Наши воины тоже иногда нарушали приказы, – с трудом переводя дыхание, продолжил Лаций, не веря, что всё ещё жив. – Их тоже приказывали казнить. Но иногда им удавалось спастись.

– Как? – прозвучал короткий и жёсткий вопрос. Лаций посмотрел на Чоу Ли. Та сидела на полу рядом с креслом генерала с таким выражением лица, как будто всё происходящее её не касалось.

– Чжи-Чжи был в империи Хань несколько раз, – продолжил Лаций.

 – Ему не повезло. Там он допустил несколько ошибок. Однажды на нём было красивое золотое ожерелье. Оно понравилось жене императора. Она сказала это своему старшему евнуху. Тот передал слова Чжи Чжи. Чжи Чжи не захотел расставаться с ожерельем. Он не снял его и не передал евнуху. Он не поверил ему. После этого император не стал больше общаться с Чжи Чжи и разговаривал только с его братом Хуханье. Говорят, император слушает только свою жену.

– Я снял с твоего Чжи Чжи и его сына два кольца императора.

Они очень дорогие. С голубыми камнями. Ты думаешь, что их надо подарить жене императора?

– Нет, – с трудом выдавил из себя Лаций.

– Тогда что? Голову Чжи Чжи? – разочаровано воскликнул генерал Тан.

– Нет, не голову…

– А что?

– Чжи Чжи часто говорил, что император любит большие картины с битвами его воинов. Очень любит.

– Картины? Ты сказал картины? – Чэнь Тан от удивления откинулся назад и замер. Потом посмотрел на Чоу Ли.

Та была неподвижна и спокойна, как статуя. – Что ты хочешь сказать? Надо нарисовать большую картину? Нет, это слишком просто. Там не будет императора, не будет его войска.

– А если много… Много картин? Двадцать или тридцать? – Лацию трудно было говорить. – И соединить их вместе? Сначала – атака крепости.. Потом – на стены… Дальше – ворота в огне. А в конце… – он вздохнул, собираясь с силами, – в конце – смерть Чжи Чжи и его семьи. Будет большая картина.