Переведи меня через Майдан

Конфедерация России, Украины и Беларуси была осуществлена только в XVIII веке Петром и Екатериной Великими, но в тяжелой имперской форме, не дававшей раскрыться ее колоссальной мощи.

Завещание Богдана Хмельницкого, написанное его властной, то есть собственной, рукой, прочитанное вслух, произвело на всех присутствующих сильное впечатление, особенно его заключительная часть, пробравшая до дрожи.

«Помни, народ, тому булава – у кого голова. Без братского союза трех наших народов нам будет: от султана – галеры, от хана – погибель, а от короля – вечное ярмо.

Тех, кто выпускает в мир демонов смерти и разрушения, расплата найдет и за тысячей замков.

Восставшая из пепла Украина существует, сдаваться не собирается, и результаты народной победы должны быть необратимы. Блюдите ее как зеницу ока и не отталкивайте от себя никого, ибо никогда не известно, на кого придется опереться.

Покоряются только слабые. Сильные вызывают на бой могучую судьбу. Новые поколения украинцев уже никогда не родятся рабами и никогда не забудут своих героев, давших им свободу.

Помни, народ, – только слава вечна! Береги своих казацких героев, и пусть никогда не споткнутся их боевые кони в долгой и опасной дороге».

Несколько минут после окончания чтения Завещания в Музее казацкой славы стояла благоговейная тишина. Голос Богдана Великого через века услышали все, в том числе четырнадцать миллионов украинцев, смотревших трансляцию в прямом эфире.

После того когда историки пришли в себя, Переяславский договор и Завещание были профессионально сфотографированы без вспышки специалистами и возвращены в Ларец, как и клейноды – в Сундук.

Максим напомнил, что раритеты триста пятьдесят лет простояли в подвалах при температуре около пяти градусов тепла по Цельсию. Научное сообщество единодушно решило, что, хотя бумага и чернила этих документов выдержат века, в зале казацкой славы температура должна быть как сейчас, не более двенадцати градусов тепла.

Выступивший Богдан Бульба поблагодарил ученых за сделанное дело большой государственной важности и пообещал обсудить место хранения обретенного национального достояния после проведения Референдума 14 апреля.

Ларец и Сундук после общей фотографии всех присутствующих, на которой ухитрился оказаться новый кот – хранитель Диоген, были опечатаны и установлены на свои постаменты.

После товарищеского обеда историки, бурно обсуждая увиденное, разъехались по своим институтам и музеям.