Тюрьма

Во многом мой тезка прав, у кабуры (отверстие в стене) сидели шестеренки блатных, и тут без вариков. Гонять коня по воздуху, тоже их ушлепки сидят, блин, как у классиков – Кто виноват и Что делать. Ладно, все по мере поступления, сейчас главное списаться с другими хатами, ибо после войны УФСИН задолбалось принимать нашего брата.

Гестапо же продолжил, – Сапер, это сейчас паритет, а если их больше станет, а наших на этапы заберут, у нас вон Гринпис в осужденку ждет очереди, да и Лесик на подходе. Надо решать сапер…

Я молчу, надо думать, а думать стоит о многом.

По слухам, начальником нашего заведения стал хороший дядька, ранее командовавший фильтрационным лагерем в Чечне, и свято веривший в методы под названием «Я не вижу крови, мало крови». На новом корпусе бастанула хата из за двух приблатненных челов, так нисколько не думая о конвенциях и правах человека, местные омоновцы получили хорошую практику. Идти под молотки как-то не хотелось, поэтому я решил озвучить свой план.

– Значит так, парни, слушайте сюда… – И минут десять излагал в деталях почти всю стратегию и тактику.

– Знаешь, хоть это и не по понятиям, но выхода нет… – задумчиво произнес Гестапо.

– Да на хую я видел эти понятия! Эти что ли по понятиям живут, это тут они законники, а на воле – беспредельщики, их давно об хуй стукнуть надо. Вот они, как собаки, вцепились в свои понятия, а каждый до кума бежит, наперегонки кто кого сдаст, откуда у них ширево и фильтровое курево? С воли чтоли греют?

– Ага, они последний хуй без соли доедали, а тут грев, шлаебонь местная, – выдыхает Шах.

Я согласен с Шахом, – поэтому работаем тихо, – делаю я вывод.– Да, кстати, с барыгами говорили? – спрашиваю я у парней.

– Есть такое дело. Там Гринпис тер, он в курсе, – отвечает Шах.

– Ладно, проснется – спросим, – говорю я, а сам наблюдаю за очередным шоу. Новенького первохода, развели на покурить и заварить, и теперь чешут ему про арестанские традиции.

– Этот телок явно за мешок картошки сел, – перехватив мой взгляд, подхватывает Шах, – сейчас этого остолопа на пальму к решке погонят.

И точно, этот Вася, валенок, полез на верхний шконарь и заорал в то, что в нормальных домах называется окном, а у нас хрен поймешь что – чудо пьяных сварщиков.

– Тюрьма – матуха, дай кликуху, да не простую, а воровскую!

В соседних хатах подхватили тему и понеслось. – Урод! Пидор! Гандон! – орали соседи.

Наши с интересом наблюдали за происходящим.