Когда мы верили в русалок

 – Вчера я Мару опередила.

Мара – ее вечная соперница.

– Потрясающе. Ты гораздо сильнее, чем она.

Пожимая плечами, Сара встречает мой взгляд в зеркале.

– Вообще-то, тебе не обязательно заходить в школу.

– Не обязательно, – мягко соглашаюсь я. – Но в последнее время ты несчастна, и мы с папой хотим убедиться, что все хорошо.

– Учителя ничего не знают, – констатирует она, вовсе не презрительным тоном.

Вокруг много машин, и несколько минут я внимательно смотрю на дорогу, но у следующего светофора спрашиваю:

– Чего они не знают?

Ее широкий рот сжимается, выражая смирение.

– Сара, нам будет гораздо легче тебе помочь, если ты объяснишь, что происходит.

Она молчит. Я въезжаю на школьную автостоянку. «Инфинити» Саймона еще нет. Я глушу мотор, отстегиваю ремень безопасности и поворачиваюсь к дочери, выбирая из десяти тысяч возможных вопросов тот, что заставит ее выдать свой секрет.

– Поссорилась с подружкой?

– Нет.

– Не понимаю, почему ты упираешься? Ты ведь знаешь, что мне можно доверять.

– Я тебе доверяю. Но если расскажу, станет еще хуже, от меня вообще все отвернутся.

– Что станет хуже?

– Как ты не понимаешь?! – кричит Сара. – Я не хочу ничего рассказывать!

Я просовываю руку между сиденьями, ладонью обхватываю ее лодыжку и держу, убеждая себя, что ее секрет не столь ужасный, какой таила я сама, когда была чуть старше дочери. Сара – домашний ребенок, о ней хорошо заботятся, не оставляют без присмотра.

– Что ж, ладно.

С Саймоном мы встречаемся у входа, он берет меня за руку: теперь мы выступаем единым фронтом.

Молодая миленькая учительница краснеет, обмениваясь с Саймоном рукопожатием.

– Доброе утро, мисс Канава.

– Доброе утро, мистер Эдвардс. Миссис Эдвардс. Садитесь, прошу вас. – Она складывает на столе руки. – Чем могу служить?

Мы излагаем свою проблему: Сара ни с того ни с сего изъявила желание перейти на домашнее обучение; по-видимому, что-то у нее не клеится в школе.

– Знаете, – говорит мисс Канава, поразмыслив немного, – возможно, ее задирают. Одна из девочек претендует на лидерство, и все остальные ей в рот заглядывают.

– Это Эмма Рид, что ли? – догадываюсь я. Эмма – ребенок с румяным личиком, золотистыми волосами и огромными голубыми глазами. Ангелочек с инстинктами барракуды.

– Они с Сарой никогда не ладили, – кивает мисс Канава.

– Почему? – спрашивает Саймон.