Когда мы верили в русалок

Джози предпочитала веселиться всю ночь, опустошать мою скудную кухню и снова идти за готовыми блюдами, ожидая, что платить буду я, хотя денег у меня было ноль, и питалась я, главным образом, печеным картофелем с некондиционными овощами, которые покупала в супермаркете с большой скидкой, да еще китайской лапшой.

– Джози, у меня дежурство.

– Да просто кофе выпьем или еще что-нибудь? Мы давно не виделись, Кит. Я соскучилась.

– Да, я тоже, – машинально ответила я, солгав. В жизни, бывало, сотни раз мне отчаянно не хватало сестры, но в те долгие одинокие дни в Салинасе после землетрясения, когда Джози с самозабвением предалась двум своим пристрастиям – серфингу и наркотикам, я наконец-то осознала, что по-настоящему она никогда не вернется ко мне.

 – Только у меня заданий уйма.

– Ладно, забудь, все понимаю. Мединститут – это не шутка. Я так горжусь тобой.

Ее слова затронули струнки в самой глубине души, всколыхнули тысячу воспоминаний о том, как сильно я любила ее.

– Хорошо, давай встретимся, – вздохнула я.

 – Ты где?

– Не бери в голову, сестренка. Правда. Я же все понимаю. Если времени нет, значит, нет. Просто хотела увидеться.

– Куда ты потом?

– М-м. Пока не знаю. На Бахе хорошие волны, но в Мексику я больше не хочу. Может быть, в Оз[12 - Одно из разговорных наименований Австралии.]. Мы тут компанией подумываем о том, чтобы найти местечко на грузовом судне или еще как.

Чем дольше она верещала своим скрипучим чудесным голосом, тем сильнее я жаждала обнять ее.

– А знаешь что? Я смогу выделить пару часиков.

– Правда? Я не хочу ни от чего тебя отрывать.

– Ты не отрываешь. Одному богу известно, когда ты вернешься в Сан-Франциско. Я сейчас приеду. Ты где?

* * *

Мы встретились в кафе неподалеку от пляжа Оушен-Бич, у которого ее высадил какой-то парень с взлохмаченной белокурой шевелюрой и как минимум тремя кожаными браслетами на руке. Джози соскочила с грузовичка, всем своим видом напоминая существо из книг Чарльза де Линта – городского призрака или эльфа, гуляющего среди смертных.

Поскольку она круглый год занималась серфингом, ее тело покрывал густой-прегустой загар; невероятно длинные волосы рассыпались по ее тонким рукам, опускаясь ниже пояса. Одета она была в крестьянскую блузку из индийского хлопка, шорты из джинсовой ткани и сандалии, и все особи мужского пола от шести до девяноста шести лет, завидев ее, в восхищении останавливались как вкопанные. С ее левого плеча свисал затасканный, но вполне крепкий рюкзак.