12 месяцев до алтаря

Как давно на него так сильно кричали? А как она затем успокоилась и признала его точку зрения, будто действительно поняла, почему он такой.

– Как мне следует вас называть? – спросила Поппи, начав плавать по-собачьи туда-сюда вдоль бассейна. – Мистер Адлер сейчас звучит слишком странно. Рин? Или тебя тут называют Бэк?

Он ухмыльнулся:

– Рин – отлично.

– Мы собираемся пообедать, – сказала Лена, подходя к бассейну, объявляя тем самым, что вернулась. – Поппи, милая… Вот полотенце.

Поппи кивнула и вылезла из воды, а Рин не мог глаз оторвать от ее стройного силуэта.

Извращенная часть его мозга пыталась заметить, правда ли купальник становился слегка прозрачным, намокнув. Рин продолжал глазеть, пока Поппи не замоталась в полотенце.

– Помоги отцу с грилем, – сказала Рину Лена, показав кивком в сторону Генри. Когда Рин посмотрел на отца, тот уже с ухмылкой пристально его изучал.

– Что? – пробормотал Рин, подходя к грилю.

– Ничего, – пожал плечами Генри.

– Тогда убери с лица эту дурацкую ухмылку. – Рин отложил блокнот и поднял крышку гриля.

– Мне нельзя гордиться своим сыном? – спросил Генри.

– Гордиться из-за чего?

– Я видел, как ты смотрел на Поппи. Все-таки ты – Сэндлер. – Генри похлопал сына по спине.

– Не знаю, о чем ты, – сказал Рин, не поворачиваясь к отцу, чтобы он не увидел, как тот покраснел.

– Да все хорошо, смотреть можно, – рассуждал Генри. – Только вот Джасперу это вряд ли понравится.

– Во-первых, я был не в курсе, что Поппи – собственность Джаспера.

А во-вторых, я не смотрел на нее никак иначе, кроме как дизайнер смотрит на своего клиента. Я работаю над наброском дизайна ее платья. – Рин решил, что это достаточно хорошее прикрытие.

– Я не говорил, что Поппи – собственность Джаспера, но ты знаешь, что они женятся. Просто не наделай глупостей, Бэк. Я серьезно. Это разобьет твоей матери сердце, – сказал ему отец. – А что касается всей этой чуши с дизайнером, хорошо… Продолжай себя так называть.

– Да что ты знаешь о моде кроме вещей от Томми Багамы? – фыркнул Рин. Он зажег на гриле горелки и старался успокоиться. Конечно, отец беспокоился, чтобы он вновь не разочаровал маму. И на этот раз если кто и будет виной ее сердечных переживаний, то несчастный Джаспер, ведь у их собственного сына Бог отнял право на счастье.

К счастью, Генри заглотил наживку и не стал углубляться в тему разговора дальше.